«Пакт Пунто-Фихо» — старые двухпартийные песни на венесуэльский лад Бегство свергнутого объединившимися против него военными диктатора Переса Хименеса в конце января 1958 года из Венесуэлы отнюдь не означало конец разразившегося в стране кризиса. Да, во главе хунты встал довольно-таки умеренный командующий военно-морским флотом вице-адмирал Вольфганг Ларасабаль... Пользующийся авторитетом не только у, собственно, моряков, но и корпуса морской пехоты, что было особенно немаловажно в обстановке продолжающейся нестабильности не столько на море, сколько на суше. Данная поддержка ему очень помогла, когда после бегства диктатора возмущенные гражданские политики и организованные ими демонстранты начали требовать исключения их состава первоначально чисто военной хунты офицеров, зарекомендовавших себя в предшествующие годы убежденными соратниками Переса. Так что вскоре пара наиболее одиозных полковников из правительства были изгнаны — и заменены гражданскими лицами. Но и дальше «Маленькая Венеция», что называется, «находилась на распутье». Так-то, конечно, Ларасабаль пообещал провести всеобщие свободные выборы в кратчайшие сроки, — дабы по их результатам передать власть в руки избранных властей страны. Но ведь как гласит распространенная ироничная пословица — «обещать — не жениться». Вон — хунта образца 1948 года — тоже пообещала такие же «скорейшие» выборы сразу после свержения первого в истории всенародно избранного президента Гальегоса. Но, во-первых, провела их спустя аж три года. А во-вторых, когда стало ясно, что «хунтари» во главе с генералом Пересом Хименесом эти выборы с треском проигрывают — последний тут же распорядился насчет «правильного подсчета» голосов, и соответственно своей победы. Спустя несколько месяцев уже официально объявив себя любимого законным президентом, которого с трудом удалось свергнуть лишь спустя почти 6 лет. Да, сеньор Ларасабаль вроде бы не проявлял явных намерений стать новым диктатором. И как показали дальнейшие события, проводил довольно-таки взвешенную политику, больше основанную на выжиданиях и компромиссах, — нежели на больше приличествующим людям в мундирах готовности «бросаться в бой» по малейшему поводу. Ну, так ведь в совсем недавней истории такую же должную стать «переходной» военную хунту 1948 года тоже возглавлял несколько похожий офицер — Карлос Дельгадо Чальбо. Чье правление современники с долей не слишком злой иронии нередко называли «дикта-пиа» — в противоположность «дикта-дура». То есть «мягким диктатом» вместо характерного для классических диктаторов диктата «твердого», жесткого. Жаль, что вся эта мягкость закончилась после похищения Чальбо — с его последующим, хм, «случайным» убийством в ноябре 1950 года. За которым последовало такое же «случайное» убийство уже арестованных «ликвидаторов» агентами «национальной безопасности» при перевозке в тюрьму. После которого власть в хунте формально перешла к назначенному ею «зиц-председателю» юристу и дипломату Герману Фламмериху — за которым, правда, стоял настоящий «серый кардинал» диктатуры генерал Перес Хименес. Который, став президентом в 1952-м, и сделал эту самую диктатуру уже вполне классически твердой. К слову сказать, в Венесуэле в 1958 году после свержения Хименеса кандидатов в кресло потенциальных «жестких диктаторов» тоже хватало, — но об этом чуть позже. Тем не менее «развернуться» у них так и не получилось. Читать далее