емисфа вещает

есть НОВЫЕ ПОКАЗЫ - про которые хотели бы почитать?

про детали у поэлла — это суть его мира. он не просто шьёт одежду, он создаёт предметы для разговора с самим собой. и разговор этот ведут не абстрактные идеи, а вполне конкретные, иногда неудобные штуки. ты берёшь куртку, а на ней по швам идут холодные металлические скобы или выступы. они не для красоты. они цепляются за всё вокруг, не дают тебе забыть, что на тебе не просто тряпка, а конструкция. ты чувствуешь себя немного роботом или пациентом в странном аппарате. это про чёткие границы, про дистанцию, которую твоё тело вдруг устанавливает с миром. или ещё круче — перчатки, которые намертво пришиты к рукавам. ты не снимаешь их. ты запечатан в своей коже, как в комбинезоне. нет этого жеста — стянуть перчатку. твои руки теперь часть куртки. это странное, но честное ощущение полного слияния с вещью, до состояния неудобства. а его обувь... она выглядит так, будто её сшили наизнанку. грубые швы наружу, кожа подошвы торчит неровным кантом. обычно это прячут, а он выставляет напоказ. смотри, мол, как я сделан. вот мои кишки, вот мой шов. это обувь, которая гордится своим происхождением и не хочет притворяться гладкой и идеальной. вот и весь его фокус. никакого гламура, только чистая материя и конструкция. носить такое — значит согласиться на честный, немного трудный разговор с предметом, который на тебе. и с самим собой заодно.

милан, via cappuccio 8 (легенда): эта точка — первоисточник, прообраз всего. чтобы попасть внутрь, нужно было позвонить в звонок у неприметной двери. интерьер — холодный бетон, сталь, затемнённые стёкла. вещи хранились в огромных металлических шкафах, похожих на складские или лабораторные. продавец (скорее, архивариус) открывал их один за другим. здесь не было витрин — был только интимный диалог с вещью. это пространство стало культовым, но и оно, как и многое у ccp, кажется, кануло в прошлое вместе с основной активностью бренда. москва, трубная улица, 32 если ты хочешь физически столкнуться со вселенной carol christian poell, то точка на трубной, 32 в москве — это уникальное и парадоксальное явление. это своего рода неофициальный музей-магазин, хранилище мифа, где призрачная эстетика обретает плоть и кровь. здесь нет намёка на люксовый сервис — здесь есть только вещи и тишина, в которой они говорят. вещь как со-творчество: персонализация и заказ здесь мы вступаем в область слухов, воспоминаний и редчайших возможностей. в период своей активности (примерно до середины 2010-х) ccp действительно практиковал персонализацию на уровне со-авторства. это не кастомизация, а скорее индивидуальный исследовательский проект. процесс был сакральным и долгим: только личная встреча в милане (или, гипотетически, через доверенных партнёров). обсуждение, выбор, снятие мерок. срок исполнения — от 6 месяцев до года, иногда больше. ты платил за время, исследование и за возможность стать не покупателем, а соучастником. что сейчас? с минимальной активностью самого поэля, новые заказы практически невозможны. однако, именно в пространствах вроде московского на трубной можно найти уже существующие, уникальные вещи из прошлого, которые были сделаны на заказ или являются штучными экспериментами. это высшая форма охоты для коллекционера — найти не просто архивиную вещь, а вещь-историю, вещь-диалог, в котором изначально был заложен чей-то личный запрос. это последние доступные отголоски той эпохи, когда диалог с призраком ещё был возможен.

кто такой carol christian poell? вообще, самое правильное определение — призрак. австриец, родился в 1966 году, изучал дизайн моды в вене. после выпуска в 1995 году практически сразу уехал в милан и основал свой одноимённый бренд. и с этого момента начал медленно, но верно делать всё не так, как все. он никогда не даёт интервью. его лицо почти не известно. он не посещает собственные показы. он — анти-звезда в мире, помешанном на личностях. его голосом становится его работа. его философия — это материал, конструкция и тот слепок времени, который остаётся на вещи после долгой носки. его иногда называют «деконструктивистом», но это слишком сухое слово. он скорее археолог, который раскапывает будущее, копая вглубь прошлого. философия: не носить вещь, а проживать её вот корень всего. для поэля одежда — это не костюм для социальной игры. это вторая кожа, продолжение тела, которое должно нести на себе следы существования. его идея — «object dyed» (предметно окрашенное) и «mainstream dissolve» (растворение в мейнстриме). материалы и технологии: поэль — фанатичный исследователь материалов. его ателье напоминает лабораторию алхимика. он работает с кожей рыбы — угря и зубатки, экспериментирует с резиной, каучуком, войлоком и техническими тканями, применяет уникальные методы дубления и окрашивания в сотрудничестве с передовыми итальянскими фабриками, а его вещи могут быть пропитаны силиконом, покрыты парафином или дополнены металлическими вставками, которые со временем ржавеют. это не про эстетику, а про тактильные ощущения и поведение материала в пространстве. шоу и перформансы: ты либо внутри, либо снаружи его показы — легенды. он делал их в морге, в заброшенном троллейбусном депо. на показе 2001 года модели, обнажённые до пояса, с завязанными глазами, шли по подиуму, на ощупь находя путь. это был жест о слепоте индустрии, о гипертрофированном внимании к поверхности. «mainstream dissolve» в реке — тоже часть этой хроники. он не развлекает зрителя. он либо вовлекает его в переживание, либо выталкивает прочь. между ними нет середины. культовый статус и наследие: почему это так важно? сcp никогда не был массовым. его клиенты - архитекторы, художники, музыканты, те, кто ищет в одежде не статус, а диалог. его влияние, однако, колоссально. он сформировал целую «теневую» ветвь моды - radical, avant-garde, dark fashion. бренды вроде «guidi», «a1923», «layer-0» и многие другие выросли из этой почвы, из этой философии материала и деконструкции. но его главное наследие — вопрос. вопрос, который он задаёт каждому, кто сталкивается с его работами: а что для тебя значит одежда? это защита, маска, выражение, prison или вторая кожа? он заставляет задуматься о теле, о времени, о подлинности в мире копий. как (и где) приобщиться? практический совет пространства-лабиринты: где живут артефакты (и где их уже нет) здесь всё так же мимолётно, как след от краски в чане для «object dyed». пространства ccp не предназначены для толпы. они возникают и исчезают, как временные лаборатории. это не магазины в классическом понимании, а шоурум-сейфы, камеры хранения для артефактов.

kiknadze erika in an iconic misfits tshirt

rick owens++michele lamy for a new collection with moncler

us? kate moss and pete doherty

9mice wearing glasses from the Japanese brand Port Tanger

@snejanaonopka for @michaelkors FW 2006

Mark Eydelshteyn for Y’ves Saint Laurent

@lalamichmich styled by @ntahompagazee and the amazing glam by catalinasartor

kendricky for you brand cleioner Location: Finland

(poll without text)

новая рубрика - ПРОВЕРКА АУТФИТА! ОБРАЗ, лично собранный мной, отправляется к вам на проверку…решение за вами. ПАЛЬТО - Полина Макарова. 🌟 - достойно 🌟 - неинтересно

Михаил Зигадло для журнала - «officemagazine» В 16 лет Михаил Зигадло основал в Эстонии школьный проект - «Racer Worldwide». С тех пор он превратился в глобальный бренд, известный тем, что сочетает уличную культуру с модой, музыкой и обществом. То, что началось с того, что друзья поделились фотографиями из фильмов и скейтбордами, превратилось в коллектив, который отказывается от простых ярлыков.

новая рубрика - ПРОВЕРКА АУТФИТА! ОБРАЗ, лично собранный мной, отправляется к вам на проверку…решение за вами. 🌟 - достойно 🌟 - неинтересно

Photographer Terry Richardson, Ralph Lauren and Editor-in-Chief of ‘VOGUE’ FRANCE

Gucci F/W 2008 menswear By Frida Giannini. коллекция укрепила переход Фриды к роскошной мужской одежде, показав ее способность модернизировать коды гуччи, не полагаясь на гиперсексуальное наследие Форда.

С Рождеством Христовым

@salavat_kypere in the parka jacket enfants riches déprimés