Украина атакует нефтяной терминал в Усть-Луге, и это очень примечательный момент, открывающий — или возвращающий — войну в ту сферу, где её долгое время практически не было. Киев пытался атаковать российский экспорт нефти в начале весны, тогда успешно была атакована та же Усть-Луга, однако затем Украина вынуждена была свернуть свои атаки: союзники Украины, и не только США, попросили не трогать российский нефтяной экспорт до стабилизации ситуации на мировом рынке. Эта атака намекает, что или запрет был снят, или Украина сама прощупывает почву на фоне последних новостей, которые указывают на скорое возможное завершение конфликта на Ближнем востоке. Впрочем, даже без мирного соглашения, экспорт нефти из Персидского залива восстановился полностью и российская нефть миру уже не так сильно нужна, во всяком случае, по мнению ВСУ. Также нужно отметить и политический момент. Удар по Усть-Луге нанесён после первого дня переговоров в Абу-Даби, но завтра будет ещё один раунд. Известно, что Украина в очередной раз предлагала заключить морское и воздушное перемирие, но нет сомнений, что Россия откажется. Этот удар по экспорту в разгар переговоров может стать своеобразным мотиватором для Путина, намёком, что политической защиты у экспорта нефти больше нет, и если перемирие не будет заключено, то атаки продолжатся. Третий важный момент, связанный с атакой: Украина, похоже, совершила прорыв, начав устанавливать на свои БПЛА терминалы HiSKY. Это даёт возможность атаковать большее количество целей за один налёт, потому что можно прямо в процессе атаки переключать БПЛА между объектами, что важно при атаках на нефтебазы и терминалы, где нужно поражать как можно больше бочек за один раз. Без этого нельзя угадать, сколько объектов будет поражено, может совпасть так, что все долетевшие БПЛА ударят по 1-2 бочкам, хотя реально имели возможность поразить с десяток. Мы это видели уже на примере НПЗ, когда за одну атаку поражается не 1-2 элемента завода, а сразу 5-6. Иными словами, наличие телеметрии и обратной связи даже без прямого управления повышают эффективность каждого налёта дронов в несколько раз. Весной Украина запускала БПЛА через территорию Прибалтики, и хотя официально это не подтверждено, у меня в этом мало сомнений. После череды инцидентов этот путь для Киева, похоже, закрыли. Однако нужно это было именно для того, чтобы задействовать на БПЛА Старлинк, а не для того, чтобы обойти ПВО — оно и так обходится, — а новые терминалы решают для Киева этот вопрос. Это ещё один элемент мозаики, которого не хватало. Тогда же весной мы видели, что терминалы — не такое сложное сооружение, как НПЗ, после тушения пожаров они достаточно быстро возобновляли отгрузку. То есть для действительно заметного влияния на экспорт их нужно атаковать или часто, или каждая атака должна быть максимально эффективной, что без управления едва ли возможно. Если Украина действительно взялась за российский экспорт нефти, то можно прикинуть, на какой объём экспорта это может повлиять. Усреднённо Россия экспортирует около 4,5 миллионов баррелей сырой нефти в день, из них что-то около 1 миллиона по трубопроводам, а 3,5 миллиона — морской экспорт. Через Чёрное море вывозится 10-15%, и этот объём можно перекрыть полностью, а 40-50% идёт через Балтику, но это не только Усть-Луга, а ещё как минимум Приморск, и вряд ли Украина сможет полностью закрыть весь экспорт. Из альтернативных маршрутов есть Арктический, какие-то объёмы через него ходят, и Дальний Восток, но экспорт через ДВ по оценке Вакуленко и так полностью загружен, там наращивать нечего. Поэтому в оптимистичном для Украины сценарии можно лишить Россию где-то трети морского экспорта, вряд ли больше, но для бюджета и это будет серьёзным ударом. Посмотрим на эффективность этого налёта и продолжительность кампании, не прекратится ли она снова под внешним давлением, но я призываю не недооценивать её возможное влияние. Удары по экспорту нефти — это то, что может стать ключевым элементом завершения войны, если они будут достаточно эффективными.