Пересмотрела вчера Любимую женщину механика Гаврилова. Подруга посоветовала, говорит – это отдых для глаз. На дорогах три машины, нет ни одного рекламного баннера, бабушка целыми днями сидит на стуле в жёлтых листьях и смотрит вдаль. С одной стороны всё так – ностальгируешь по жизни без информационного шума. С другой стороны, чем были заняты люди, это же какой-то кошмар. 38 летняя женщина весь фильм страдает по механику, которого никто не видел. Потому что он – ее последний вагон, ведь ей тридцать восемь. (последние два слова произносятся как сто тридцать восемь). При этом всё, в чём успел засветиться механик, тянет на историю болезни. Замутил с какой-то француженкой, велел привязать себя к кровати, ставил ультиматумы гостиничной тётеньке. В конце вообще с кем-то там подрался. Но он хотя бы красивый. Другие мужчины в кино – обнять и плакать. Главная героиня с подругой решаются пойти в отрыв: делают прически, встают на каблуки, но успевают пройти чуть да маленько. Потому что подруга героини осознает, что весь этот кутёж от лукавого. Наскоро прощается и бежит на работу к своему малохольному мужу (он у нее скромный бухгалтер), чтобы поцеловать его в лысину. Думаю после просмотра картины вот что: черт с ними, с этими баннерами, пусть висят. Зато сейчас развлечений больше.