Вадим Шумилин

При том, что в общем и целом перспективы скорого мира по-прежнему сомнительны, кое-что на сцене всё же поменялось. До сих пор обе спецоперирующие стороны, изображая переговорный процесс, играли пьесу для одного зрителя - богатого взбалмошного американца. К тому же засыпающего по ходу действия. Теперь пошли сцены и реплики, адресованные уже более широкой аудитории. Первой стала ремарка помощника президента Ушакова о том, что в ту часть Донбасса, из которой должны уйти украинские войска, возможно, не войдёт российская армия. Предложенная уступка мало что значит по сути: во-первых, войдёт Росгвардия, которая по оснащению мало чем уступает армии, во-вторых, ввести в случае чего и саму армию - дело пары часов. Но - кажется, впервые - Москва делает подачу Киеву, предлагая пилюлю, которой можно будет подсластить украинской публике горечь похабного для неё мира. В свою очередь Зеленский заговорил о возможности официального отказа Украины от вступления в НАТО (внезапно конституция, в которой записано стремление к такому вступлению, перестала быть непреодолимым препятствием). То же самое: по существу - пустышка (в НАТО Украину и так не собираются принимать, а если когда и вдруг - переиграют быстро и запросто). Но это - подача Киева Москве, пилюля, которой можно попотчевать уже российскую публику, если вдруг в ней найдётся много желающих поинтересоваться, чего добились (что, кстати, не факт). Легко заметить, что в рукаве у Зеленского есть ещё одна такая таблетка счастья: можно согласиться на ограничение численности ВСУ до пределов, предложенных планом Трампа. С этим пунктом всё то же самое: во-первых, содержать бОльшую армию в мирное время Украине просто не по карману, во-вторых, в случае чего её можно стремительно нарастить (как в феврале-марте 2022-го). По этой же самой причине подыграть тут может и Москва, накинув в знак доброй воли полсотни-сотню тысяч к лимиту. Сам по себе такой обмен медикаментами, конечно, ничего не гарантирует. Но Надежда на смертном одре встрепенулась и приоткрыла один глаз.