ВСЕВЕДА🕊

⬆️ Продолжение ✔️ «Дайте телефон, я помогу». Вы приходите в поликлинику, врач говорит: «Сейчас всё через Госключ, давайте я вам помогу». Вы даёте разблокированный телефон, он «помогает» — вводит ваш пароль (который вы сами сказали), ставит подпись. Вы не читаете, что подписываете. А он в этот момент может подписать не только согласие на процедуру, но и согласие на дополнительные платные услуги или обработку данных. Формально подпись ваша, пароль ваш, телефон ваш. Доказать, что вы «не читали» — невозможно. В законопроекте нет запрета на такую «помощь». ✔️ «Система зависла, переподпишите». Вы подписали согласие на одну процедуру. Через день врач говорит: «В системе глюк, документ не сохранился, нужно переподписать». Вы подписываете новый документ, не вчитываясь (вам же сказали, что это «то же самое»). А в новом документе уже другой текст. Без хеша и протокола изменений вы не докажете, что первоначальный текст был другим. ✔️ «У вас же есть доверенность». Если пациент недееспособный или несовершеннолетний, за него подписывает представитель. Но на практике медучреждение может использовать доверенность и подписать документ от вашего имени через УНЭП представителя. Вы об этом узнаете только постфактум. В законопроекте нет требования уведомлять пациента о том, что за него подписали документ. 5. Сбой системы — ваша проблема Если сервер упал, приложение глюкнуло, а операция уже началась — кто виноват? В законопроекте нет ни слова о страховании ответственности за вред, причинённый в результате сбоя системы или ошибки в электронном документе. Т.е. если из-за глюка вам сделали не ту процедуру — идите в суд и доказывайте. А пока будете доказывать, здоровье уже не вернёшь. Законопроект перекладывает все риски на пациента. 6. Всё это — через ЧАСТНЫЙ мессенджер MAX И вот самый главный сюрприз. Законопроект завязывает подписание медицинских документов на «многофункциональный сервис обмена информацией» — то есть на мессенджер MAX. Только вот MAX — это не государственная система. Это частная компания, связанная с VK. Она не является госорганом, и на неё не распространяются требования, которые предъявляются к государственным информационным системам. Что это значит на практике? В Пользовательском соглашении и Политике безопасности MAX компания прямо ограничивает свою ответственность. Она не гарантирует, что: ✔️ сервис будет работать без сбоев; ✔️ данные не будут перехвачены или утеряны; ✔️ медицинская тайна (диагнозы, названия операций, согласия) будет защищена так же, как в государственной системе. Более того, Политика конфиденциальности MAX допускает передачу данных третьим лицам, а сквозного шифрования, по данным исследователей по кибербезопасности, в MAX нет — «секретные чаты» там лишь с таймером удаления, а не с реальной криптографией. Ваши медицинские данные и юридически значимые подписи проходят через коммерческий мессенджер, который ни за что не отвечает перед пациентом. Если произойдёт утечка или сбой — спрашивать будет не с государства, а с частной компании, которая в своём соглашении заранее написала: «Мы не виноваты». А законопроект при этом не содержит ни требований к шифрованию, ни правил обезличивания, ни обязательств компании по защите медицинской тайны. Нам продают «удобство», а на деле перекладывают бремя доказывания на нас. Если что-то пойдёт не так — виноват будет пациент, который «не разобрался в системе». Что делать? Пока цифровые эксперименты не научатся защищать права обычных людей без юристов — требуйте бумагу. Это единственный щит, который не требует пароля, логина и адвоката. И если в поликлинике отказываются давать бумажный бланк — жалуйтесь в страховую и Росздравнадзор. Это ваше законное право. А то получается: «Мы вам цифровизацию, а вы нам — пожизненную юридическую головную боль». Спасибо, не надо. P.S. А если ещё ваши медицинские и персональные данные будут находиться в "цифровом посольстве", да ещё и в странах, обеспечивающих "адекватную" защиту прав субъектов ПДн, то сами понимаете, к чему это приведёт.