«В 1939 году отец, мама и я, счастливая семья, сплавали на пароходе "Вяч. Молотов" из Перми в Астрахань и обратно. Плаванье было сказочное для меня. Но на обратном пути я заболел брюшным тифом и меня еле довезли. Положили в детскую больницу, которая располагалась в старинном купеческом особняке. Мать дневала и ночевала около больницы. У меня началось заражение крови, начали меня резать, оперировать. Без наркоза, боялись за сердце, что ли. Сделали шесть операций. Готовились к седьмой. Лежал я уже в палате смертников, тяжелых. На операции возили в дореволюционной коляске, на лошади. И вот мать моя подкупила сестру (та курила и мать моя принесла ей несколько пачек папирос) и вместо нее повезла меня на операцию. Внесла. Хирург пошутил: "Надо же, живой! Когда ж он помрет-то?" Вот тут-то моя мать и взялась за него. Меня под расписку отдали матери, она меня выходила травами и любовью. Хирург при встречах низко раскланивался с матерью. Рассказывал я смешно, весело. Но Василий Макарыч слушал страдальчески, глаза увлажнились. - Знаешь почему мы с тобой талантливы? Мы дети любви». Георгий Бурков ⠀ 🎭 Telegram / ВК / MAX ⠀