Андрей Винокуров пишет: "По моим данным, решение практически принято. Есть ли у него политико-общественные риски? Да, но чтобы их оценить, нужно понимать, в какой модели сегодня функционирует общество. А модель такова. За последние годы в стране значительно сократилась так называемая пассионарная прослойка. Это люди, которые убеждены, что имеют право не просто оценивать действия власти, но и влиять на них. Почему это произошло? Тенденция наметилась явно ещё в пандемию. Во время неё у значительной части общества была сильно подавлена активная воля: людям просто дали понять, что их мнение не меняет ситуацию. В этом смысле пандемия сыграла роль идеального катализатора - сама ситуация требовала мер, которые никак не могли коррелировать с мнением и желаниями россиян. Итак, сами люди осознали, что их мнение зачастую бессильно перед лицом масштабных событий. Власть же, в свою очередь, сделала вывод, что на непопулярные меры можно идти без серьёзных политических рисков: как бы они ни раздражали общество, это не приведёт к серьёзному изменению поведения общества. Позже были СВО, миграция - и пассионариев стало ещё меньше. Всё это суммарно сформировало ситуацию, при которой настроения граждан перестали коррелировать с их политическим поведением. Подавляющее большинство даже не допускает, что они могут его как-то поменять. Поэтому даже сильное недовольство тем или иным решением больше не работает как импульс к действию. Оно отражается лишь на внутренней картине мира, превращаясь для большинства в сугубо интровертную, замкнутую на себе реальность. Каковы же в таком случае риски? Настроения ухудшатся, в копилку общественного недовольства ляжет ещё одно непопулярное решение. Но это не приведёт к серьёзным последствиям - к тому, что большинство вдруг изменит модель поведения, будь то голосование или другие политические практики. Однако есть и стратегический вопрос. Нужно ли заботиться о картине мира общества, если она напрямую не влияет на его поведение? И может ли эта картина мира когда-нибудь начать влиять на реальные поступки? Думаю, чтобы потенциальная энергия превратилась в импульс, нужен "чёрный лебедь". Но потому он и "чёрный лебедь", что мы не можем предсказать ни его облик, ни то, появится ли он вообще".