Русские Новости

Почему в последнее время так сильно радикализировался Захар Прилепин? Это видно по его публицистике. Вот самая свежая, о том, что желание российской элиты вернуться в вечный 1913 из-за милосердия Господа закономерно будет вознаграждено 1917. Причины, как кажется, две: концептуальная и конкретная. Конкретная в том, что Захар Прилепин питает политические амбиции, но политика в современной России находится под сукном, что, кстати, принципиально отличает день сегодняшний от времён Госдумы IV созыва. За Прилепиным и выборы 2021 года, и сопредседательство в партии, и приглашение в школу губернаторов РАНХиГС-а, и пригляд к выборам 2024 года, но по итогу начальство так и не разрешило политизировать образ писателя-воина. Что обидно и требует реванша. В этом плане Прилепин больше февралист, нежели большевик. Кстати, если верить телеграму Прилепина, последний раз он назвал Путина императором в июне 2024, хотя постоянно делал это начиная с «Некоторые не попадут в ад» (2019). Наверное, что-то случилось. Концептуальная причина хитрее. Захар Прилепин определяет себя как интернационалиста, альтерглобалиста, советского патриота. Из этой левой позиции писатель поддерживает СВО, которая имеет совсем иной политический контур, расхождение с которым и радикализирует Прилепина. Достаточно вспомнить, что события февраля 2022 начались с полного риторического несовпадения, а именно с речи Путина об «Украине имени Владимира Ильича Ленина». Сам характер войны до сих пор обосновывается вопросами безопасности, а не какими-то идеалистическими соображениями. Даже воссоединительный сюжет откровенно второстепенный. Бороть американский империализм на «шестёрке» с отпиленной крышей тоже никто не спешит. Сама война ведётся на двух скоростях, хотя советская коробка передач требует всеобщей мобилизации. Но самое раздражающее для Прилепина в том, что в публичном поле растут правые настроения. Это естественно для войны и особенно войны современного типа. В Первую Мировую первый серьёзный срыв управления в России случился вовсе не из-за левых сил — это был антинемецкий погром мая 1915 в Москве. В июне 2023 на Москву шёл правый популизм в лице Пригожина. Справедливо предупреждая об опасностях такого пути, Прилепин сам является частью ландшафта, который порождает националистические сценарии. Всё же война идёт между близкими, похожими людьми, которые легко кочуют из одной популяции в другую, из-за чего для определения своих и чужих запустился т.н. механизм схизмогенеза. Схизмогенез — это изменение поведения в результате взаимодействия с другим, эскалация отличий. Понятие используют для объяснения размежевания этнических групп. Столкновение с украинским национализмом сделало российское общество гораздо более националистичным, гораздо более русским. Примеров множество от солдатского фонка («Бам-бам-бам-бам! Мы стреляем по хохлам!») до программной речи председателя Союза писателей России Владимира Мединского о необходимости отказаться от советского восприятия Российской империи. Но схизмогенез не только разделяет, а ещё и объединяет в общей системе отличий. Афины нельзя представить без Спарты. Украина тоже связана с Россией больше, чем думает: неослабевающее желание оспорить Крым и Донбасс делает её частью имперского повествования. Русско-украинский схизмогенез одновременно большевизировал Прилепина, но национализировал общество, что при совпадении установок (поддержка СВО) и привело писателя к квази-революционной риторике. Тактические сходства не могут покрыть стратегическое расхождение. Россия меняется, причём в нежелательную для Прилепина сторону. С этим нельзя ничего поделать, что и вызывает всё более резкую реакцию. Как писал классик: «Схизмогенез всегда сильнее своих участников». Что касается 1913 года. Это был заключительный год старого мира, после которого начался самый страшный век в истории людей. Первая Мировая стала материнской катастрофой остальных катастроф столетия. Вот европейская культура раз за разом и вспоминает последний тихий вечер Belle Époque. Что, конечно, вызывает злость у мечтающих повторить.