Из субъективной истории русского Урала (часть 1): "История Урала в целом, и самого Екатеринбурга в частности, немыслима без раскола. Вернее сказать, без "кержаков", кои сделали Урал одним из мест своего обитания ещё во времена проклятого ими Алексея Михалыча Тишайшего. Старообрядчество формировало этику и мораль уральского капитализма, утверждая здесь нормы, близкие к протестантской этике. Советская власть сломала старый уральский уклад, но не истребила его полностью. Исчезли гремящие в свое время фамилии купцов и промышленников, а сами кержаки остались лишь только в глубинке. Дед мой, тоже из тех мест, рассказывал, что будучи охотником и исходив вдоль и поперёк тайгу в районе Шунут-камня, находил покинутые, но ещё крепкие и годные - кержацкие скиты и заимки. В войну, в раскольничьей среде на Урале - снова встал на повестку дня уход в леса. Согласно их доктрине - Россия погибла еще при Алексее Тишайшем, и с той поры родины, отечества у них на этой земле нет. А ежели и есть, то это вот эти, конкретные леса и горы, но никак не вся наша горячо любимая Коммуназия. Воевать с германцем за сатанинскую, жидовскую власть кержаки решительно не хотели, тогда и возникли вновь в уральской тайге вот эти вот, найденные моим дедом в 60-е и 70-е гг. скиты. Сейчас кержацкий фактор на Урале это уже, в целом, история. Ход событий ХХ века перемолол эту страту, растворил и вытравил её своеобразную культуру. Большевицкий якобизм, фратерните, эгалитэ, водка завод и казарма - сделали то, что не смогла (да и не особо хотела) сделать царская власть, официальная церковь и жандармерия. От товарища майора спрятаться в тайге оказалось много сложнее, чем от ротмистра фон Кляйста из уездного охранного отделения. Возродиться же это явление, этот феномен, эта культура - не смогли. Механизмы самовоспроизведения этой асабии, этой консорции - были разрушены навсегда. Феномен русского старообрядчества представляет собой определённый парадокс: при всем своём государственническом нигилизме, отрицалове и антипатриотизме по отношению что к романовский России, что к СССР, той роли, какую они сыграли в революционном движении, именно они стали одной из первоочередных целей советской власти, группой, уничтожение и ликвидация которой были для большевиков принципиальным моментом. Находясь в сложнейших отношениях с государством, староверы были при том, а в реликтовых осколках своих и остаются, носителями русского национального сознания и духа. В царской России это была по сути параллельная, альтернативная часть русского народа. Та, что была отделена от роли "строительного материала" империи, но, в силу своего глубоко буржуазного начала первой могла и оформиться, при соответствующем развитии событий и ходе истории - в русскую нацию, в том виде, в каком это прошли немцы, итальянцы, испанцы и прочая сволочь. Именно в силу этого характера, староверы были коммунистической властью взяты на карандаш в первые же годы совеччины и сознательно и целенаправленно уничтожались на всём её протяжении, особенно яростно после войны. Коммунисты никогда не любили русский народ. Однако именно после войны 1941-1945 гг. коммунисты начали русский народ по-настоящему ненавидеть, и взяли негласную цель на его изничтожение целиком и полностью, на замену его химерическими мутантами в лице новой исторической общности. Призрак РОА мучил советскую власть вплоть до самого её скончания, несмотря на все лицемерные сталинские тосты. В книгах и кино, безусловно хороших и талантливых, воспевался образ этакого коллективного Василия Макарыча, с хитрым прищуром и самокруткой выволокшего самую страшную войну в истории человечества. Но про РОА никто не забыл, и то количество русских людей, вставших под знамена ген. Власова, коммунисты со счетов не сбрасывали". Продолжение здесь.