Русские Новости

Из дневника старика-новобранца (часть 5, предыдущая здесь): "В артдивизион контрактником я попал в июле 2024-го. Срочную службу тянул водителем в артполку. А тут стал номером расчёта. За 2 месяца подготовки и орудия привели в порядок, и постарались освоить все специальности. Дело осложнялось тем, что комплектование людьми происходило постепенно. Тех бойцов, что хоть немного стали понимать, переводили во вновь формируемые расчёты. А больше половины народа пришло как раз под самый отъезд на фронт. Да и во время так называемой подготовки пострелять удалось 3 раза по 3 снаряда. Отговорка у командиров была одна: "Там настреляетесь вдосталь". То есть, опыта ни в стрельбе, ни в организации позиций у нас не было. Неудивительно - наш полковник предпочитал проводить построения. По 2-3 часа простаивали на плацу. Он считал, что так укрепляет дисциплину! Уже по прибытии мы ездили к коллегам-артиллеристам и смотрели, как у них обустроено, как они воюют. Ошибок всё же не избежали - дают вводные, а мы стрелять не можем. То деревья мешают, то на довороте под станину места не хватает. Первое время стреляли мы неважнецки. В большое промышленное здание с десятка выстрелов не попадали. Разрывов ближе, чем на 30 метров, не было. А разброс наблюдался такой, что и говорить стыдно. Терпение, упорство и труд постепенно выправили положение. Мы уже могли попасть в неподвижную цель со второго снаряда! Научились преследовать и поражать движущиеся цели. Когда случился накат ВСУ на Курскую область, нам удавалось сжигать вражескую технику, идущую к границе. Но её было слишком много, а снарядов у нас - очень мало. От дронов у нас не было прикрытия ни РЭБом, ни ПВО. Отбивались от этой напасти мало чего дающей стрельбой из автоматов и двумя дробовиками. Это на 12-то орудий! Детекторы дронов сами приобретали. С их помощью заранее предупреждение получали и могли успеть в блинчик (блиндаж) спрятаться. Много народа выбило дронами и артой, наводимой ими. Но наибольший ущерб дивизиону нанёс не враг. Полковник начал переводить в штурма всех, кто ему был не по нраву. Да, в пехоте тоже люди нужны. Но по факту он убирает из дивизиона обученных на практике, уже накопивших опыт артиллеристов. Командиров батарей, орудий и наводчиков отправляет в штурмы. А вместо них приходят люди, незнающие с какой стороны подойти к орудию! То есть, боевая эффективность дивизиона снижена и стремится к нулю. Как такую деятельность можно назвать? Вот так и воюем. Называем вещи своими именами - идёт именно война, а не СВО. Пусть её так называют политики. Для простых людей это война: настоящая, кровавая, приносящая народу беды, страдания и несчастья. И длится она четвёртый год, без намёка на изменение ситуации в оптимистическую сторону. В наше подразделение, после лечения в госпитале, прибыл медик. Был он в Волчанске. На пункте стабилизации раненых - там собирают тех, кому удалось добраться с первой линии до медпомощи. 16 дней до своего ранения он жгутовал, перевязывал, тампонировал и вкалывал обезболивающие. При погрузке очередной партии раненых его самого "затрёхсотило". Прилетело сверху - выбит глаз, переломаны челюсть, ключица, несколько рёбер и раздроблен таз. Его тут же поместили между ранеными, которых он спасал. Не будь он рядом с эвакуационным транспортом, так бы и вытек весь при столь обширных повреждениях. Но поразила меня цифра, названная этим медиком. За 15 дней на этом пункте приняли 750 раненых. За оглашение столь страшных цифр охранительные органы могут начать преследование меня за якобы дискредитацию армии. Но лучше бы они направили свои усилия на выявление безграмотных в военном деле командиров и командующих, так бездарно планирующих и ведущих боевые действия и войну в целом. Спрашивали бы с них за боевую эффективность и неоправданные потери. А не с тех, кто делает известным страшное. Ведись война грамотно - тогда бы и не возникали негативные настроения". Продолжение здесь. #русскаявойна