Русские Новости

Даниил Туленков пишет: "Величайшим везением Советской власти было то, что русский народ, обладая сильнейшим государственническим инстинктом, даже понимая смутно антирусскую сущность устройства СССР - продолжал рассматривать его как своё расчленённое, но всё же управляемое из единого центра - государство. Отсюда и проистекает рационально нелогичное рассмотрение обретения суверенитета РСФСР как некоего бегства от самих себя. Самое интересное, что соввласть ведь и не пыталась обманывать русских, лицемерно навязывая им ведущую роль. Нет, сплошь и рядом тыкали "новой исторической общностью" и т.д. Делали всё, чтобы донести до русских, что в Союзе они лишь одни из 15, которые должны за всё платить, а русские люди в душе полагали, что нет - всё это, весь Советский Союз и есть Россия, а РСФСР - это некий нонсенс, условность, реверанс в сторону других народов. Оттого все попытки придать РСФСР хоть какую-то субъектность в советское время у русских поддержки не находили. Зачем какие-то права для РСФСР, если весь Советский Союз наш. Эти же идеи, синхронно - толкала и антисоветская пропаганда. Но СССР, в отличии от русских иллюзий, продолжал существовать в реальности. 14 республик наращивали плоть и кровь, превращаясь из бесплотной химеры в реальные государства. На каком-то этапе мировоззрение русских, продолжавших рассматривать СССР как единую Россию, условно поделённую на республики и мировоззрение титульных наций на местах разошлось кардинально. Титульные рассматривали Советский Союз тем, кем он был: наднациональным образованием, объединяющим полноценные национальные государства. В конце 80-х эти мировоззрения жёстко столкнулись, и русские оказались удручающе не готовы к тому, что не их взгляд на вещи оказался коррелирующим с реальностью. Между тем, люди, понимавшие что Россия - не есть весь СССР, что от России осталась только РСФСР - в советское время были. Были они и в партноменклатуре, и среди людей науки и искусства, литературы. Были те, кто предвидя беду, пытался хоть как-то донести до русских реальное положение вещей и обустроить для них хоть какое-то своё (именно своё, а не общажно-коммунальное) жильё. Были, но голоса их слышали только те, кто их же и притушивал. Народ же, к которому они обращались, продолжал рассматривать весь Союз, как единое целое, не понимая, как уходит земля из-под ног, не понимая, зачем обустраивать какую-то комнату в квартире, если квартира вся - наша, навека, навсегда. Так думал добрый Ваня, помогая соседям по квартире клеить обои, покупая продукты в общий холодильник, и да чорт бы с ним - кто из нас не жил в добросердечных иллюзиях. Печально то, что избитый и ограбленный, вытесненный в итоге всё равно в одну комнату, в которой поначалу вообще ничего не было (себе-то обои не клеил, о других думал), Ваня так и не понял, что же произошло, хорошо же жили? Не понял ничего, но подсобрал сил, вздохнул, заработал. Поклеил сам, один - обои, купил отдельный холодильник, комод, стенку, вроде как зажил. А потом просыпается утром, а сосед, который давеча бил морду в коридоре, уже сидит у него в ногах на кровати, в этой, единственно оставшейся комнате, в дверях евоная баба с детишками, один из них уже в ящик стола зачем-то полез, где деньги лежат... "Иван" - улыбается сосед по-доброму, - "кушать сильно хочется...". "Хорошо же жили, Иван" - подаёт голос евоная баба и сначала робко, а потом так уже по-свойски проходит в комнату, укладывая ребёнка на второй диван..."