Как таджики 25 лет строили на территории России своё параллельное государство. Часть 13 (предыдущая здесь). "Ещё через пару дней полковника неожиданно вызвали в Москву. Обескураженный и ничего не понимающий, он с тяжёлым сердцем передал все дела местным чинам и двинулся в аэропорт. По дороге зазвонил телефон. Полковник взял трубку и сухо бросил: "алло". "Здравия желаю, товарищ полковник. Хотел пожелать вам счастливого перелёта. Съездили, кстати, в Верхнюю Пышму?". Полковник сбросил звонок и положил телефон в карман. Он смотрел за окно, на совершенно незнакомые ему места. В 1992 году в аэропорт ездили через город, никакого ЕКАДа ещё не было. Он вспомнил, как покидал эти края тем летом, не думая, что когда-то вернётся сюда вновь. Теперь уже точно знал: никогда больше он сюда не вернётся. А смеющийся хозяин кабинета из солидного учреждения подруливал, тем временем, к СИЗО на улице Репина. Встал у ворот, включил аварийку, закурил, открыв форточку. Прошло минут шесть, затем сзади скрипнула дверь, на сиденье упал, бросив вперед себя сумку, Бободжон. Машина тронулась. "Короче смотри, чурка ёб*ная. Смотри и слушай меня внимательно. Гадюшник ваш проредили, места для движения вверх для тебя свободны. Там со своими сам всё порешаешь. Спросишь даже с кого надо. Кроме тебя хозяйство всё равно держать некому. Мента этого мы спровадили обратно, сюда он больше никогда не приедет. Всё. С кем ты там работал на Фрунзе, забудь о них. Они сели и надолго. Теперь всё через нас. Понял?" "Понял" "И давай, решай там. Хватит тебе, как пацану с пистолетом и говном гонять по городу, давай, занимайся чем-то посерьёзнее. Скоро выборы муниципальные. Гражданство же есть у тебя?" "Есть. Два года уже" "Ну, вот. Рулить надо всем из кабинетов, овце*б, а не как вы, дикари, привыкли. Диплом себе купи в переходе. Становись похожим на человека, ну или, сам понимаешь, у нас с тобой разговор короткий будет". Высаживая Бободжона, спросил напоследок: "слышь, моджахед. А ты фильм "Жмурки" смотрел? Там Кабан такой есть, он для таких как ты, долбо*бов, правильные вещи говорит". Бободжон мрачнел, темнел и краснел, слыша эти слова. Видя, что перегнул палку, хозяин кабинета из солидного учреждения, сбавил тон. "Но всё-таки ты не такой уж и тупой. Развёл ты тогда их с Кацманом на пятёрку. Они тебя в этот же вечер и решили кончать, а за место твоё пошла грызня как в Чикаго. Нам только наблюдать оставалось и ждать. Кое-кого даже паковать не пришлось, до сих пор найти не могут". "Тазик закатанный, пацик закапанный! Тага Небро, следи за акабами. Пачкал бумагу каплями алыми, Весь этот рынок под федералами!" **** За годы знакомства с Русью Таджикской, встречал я в её среде по-настоящему достойных людей. Хорошо, хоть светски, хоть религиозно образованных. Добрых. Отзывчивых. Работящих и честных. Проблема совершенно не в том, что таких людей нет. Проблема в том, что диаспоральная порука, выстроенная в форме термитника, глушит в них частное, индивидуальное начало. Атомизированным нам зачастую невозможно понять, с чем именно мы имеем дело. Мы все такие индивидуальные, сами себе на уме, у нас на всё своё мнение, мы все такие неебические уникальные личности. И это здорово! Но мы, в силу этого же, ведём себя как дети из приличной гимназии в джунглях, посреди хищников. Нас не спасёт наше умение играть на скрипке и говорить на латыни там, где всё решают клыки и зубы. Голос мулло Кайфулло прорвётся сквозь любой слой образования, культуры, цивилизованности, пока жива сама диаспоральная система и её институты. Мы ничего с этим сделать не можем, что само по себе - полбеды. Беда в том, что мы ещё и ан масс, не понимаем как это работает. Мы как гуманисты и индивидуалисты примеряем на совершенно незнакомую нам систему свои мерки и ожидаем результат, который ждём друг от друга. Вне понимания этого момента, бессмысленно говорить, что вот Бободжон зверь, а Саиджон хороший человек. Оно всё так, пока их организм не заработает как единое целое. Перво-наперво, надо понимать модель этого устройства, механизмы его работы принять - как факт, что наши критерии там не работают". #точики