Вечерний пророк

Нефть растёт, чугун падает: парадоксы военной конъюнктуры. Конфликт на Ближнем Востоке создал любопытную развилку для российского экспорта. Нефтяники, как известно, в плюсе: цены на баррель пошли вверх, и Индия уже рассматривает возможность увеличить закупки российской нефти, поскольку поставки из ближневосточного региона стали менее предсказуемыми. А вот металлурги оказались по другую сторону баррикад. Чугун в черноморских портах подешевел до $355 за тонну — минус $5 за месяц. Турция, главный покупатель российского сырья, замерла в нерешительности: низкая рентабельность и проблемы с фрахтом заставляют местных металлургов проявлять осторожность. Поставщики не могут гарантировать суда, покупатели не спешат с закупками. Если посмотреть на ситуацию шире, картина вырисовывается довольно мрачная для всей чёрной металлургии. Экспортная история — отдельная боль. Тут мы подходим к главному вопросу: покроют ли высокие цены на нефть убытки металлургов? Формально — да, если смотреть на макроуровень. Нефтегазовые доходы традиционно наполняют бюджет, поддерживают курс рубля и создают подушку для экономики в целом. Но для конкретных заводов и их владельцев эта связь не такая прямая. Нефтяные сверхдоходы не перетекают автоматически на счета металлургических компаний. Скорее можно говорить о другой логике: ближневосточный конфликт, поднимая цены на нефть, одновременно создаёт проблемы для отрасли, которая зависит от стабильности морских перевозок и платёжеспособности покупателей. И если нефтяники сегодня получают бонусы, то металлурги вынуждены искать новые рынки, договариваться о дисконтах и надеяться, что во втором полугодии 2026 года строительный сезон и смягчение денежно-кредитной политики всё-таки поддержат котировки.