Публичник || Это Брикульский!

Вот не понимаю одного. После яркого спича судьи Верховного Суда Пчелинцевой юридическое сообщество схлестнулось обсуждать роль прецедента в судебной системе. Например, Павел Ларионов «пояснил за прецедент» в словах судьи. Роман Сергеевич ловко указал на советский флёр выступления судьи. А меня смущает не то, что она сказала. А то, как она сказала. Видимо, для пиарщиков ВС РФ такая грубость по какой-то причине предмет гордости, что они аж разместили в основном канале: глядите-ка, как наша судья поставила представителя на место! Но это не предмет для гордости. Не занимаясь нравоучениями уважаемым людям, спрошу: разве не должны судьи таких высших судов, наоборот, демонстрировать вежливость и спокойствие? Если нет, то что мы тогда требуем от поведения в районниках и других инстанциях? Удивительно, что грубость судьи у нас не вызывает особо эмоций. Коллеги по юридическому цеху настолько привыкли к такому отношению, даже хамству, что уже не обращают внимание. Конечно, можно сказать: Иван, ты не прав, у судей по 100 дел за день, они работают на пределе, их можно понять! И я соглашусь. Понять — да. Но не более. Судья исполняет публичную функцию, а не делает одолжение гражданину. Даже если сторона не симпатична, противна и т.д. Даже если говорит чушь. Даже если впереди ещё сотня таких дел. Что делать судье? Говоря словами Бориса Ельцина про критикующих его журналистов, «я смотрю, молчу, стираю зубы в порошок, но терплю» (могу ошибаться с цитатой).