Иркутский волчок

Муниципальная реформа из обычного инструмента управления территорией превратилась в Иркутской области в эпос о политической борьбе. Мы прочитали немало рассуждений коллег, но все они показались нам неполными. В чём главный плюс реформы, которую так настойчиво продвигают в муниципалитетах? В контроле. Ответственность больше не размазана между главами малых поселений: управление, распределение и расходование бюджетов централизуются, появляется возможность браться за крупные проекты, а правила политической игры вроде должны упрощаться. Например, исчезает конфликт между главой административного центра и руководителем территории: первый становится просто наёмным менеджером. Если же вместе с этим отменить прямые выборы мэра и отдать право назначать кандидатуру главе региона, то можно урегулировать все спорные вопросы с местными элитами и внести компромиссную фигуру, которая устроит всех: и областное руководство, и местных игроков. Это в идеале. А что получается на деле? Компромиссной фигурой для руководства региона чаще всего оказывается действующий глава, а для недовольных элит он как красная тряпка. И те начинают консолидироваться, в том числе против него. Сокращается число мест. Должностей местного главы и председателя поселковой думы больше нет, а единая муниципальная дума невелика. Нужно попасть в неё любой ценой, пока туда не пробрался сосед, конкурент или просто неприятный тебе человек. Ресурсные элиты территории начинают объединяться под оппозиционным флагом, а иногда и под несколькими. Они создают коалицию и выходят на выборы на равных с первой командой. В малых муниципальных думских округах проиграть при этом очень легко. В итоге избирается дума, которая не контролируется одной силой. И выясняется, что мэрские выборы с ограниченным числом сильных кандидатов были куда более управляемыми, чем голосование в думе. Теперь приходится договариваться с несколькими самостоятельными фигурами и предлагать каждой свои условия, чтобы получить голос. Цена этого голоса может расти очень быстро. Эти риски и сценарии перевешивают положительные эффекты и создают воронки политической турбулентности