Мышьяк И Старые Кружева

Некоторое время назад по итогам статусного международно-политического мероприятия мы опубликовали заметку, в которой довольно иронично отозвались о состоянии политической науки в России. Эта заметка, видимо, получила некоторую известность в заинтересованных кругах: вашему покорному слуге написали даже лично знакомые люди из этой сферы. В этой связи нам показалось необходимым дать некоторые комментарии к тому, что мы считаем нищетой современной российской науки о международных отношениях. Для начала — немного общего. Смысл выделения науки о международных отношениях в отдельную дисциплину сводится к трём задачам. Во-1х, на основе прошлого опыта и нынешнего состояния мировой политики теоретически осмыслить её предмет и сформулировать внутренне непротиворечивую концепцию. Во-2х, на основе первого пункта определить перспективы и конкретные механизмы взаимодействия акторов на будущее. В-3х, совместно с другими областями знания и практическими политиками предложить обществу концепцию национальных интересов. Она должна помогать оптимально задействовать имеющиеся у общества ресурсы, а также определять пути реализации этих интересов. Давайте теперь под этим углом рассмотрим нынешнее состояние российской науки о международных отношениях. Более или менее удовлетворительно она работает в рамках второй задачи. Она подмечает тенденции, оперирует факторами силы, использует цифры и прочее. Многое из того, что она делает в этой сфере, весьма любопытно и разумно. Однако, пожалуй, это всё. В сфере концептуального осмысления российские исследователи международных отношений демонстрируют полную беспомощность и вторичность, даже не пытаясь представить сколько-нибудь самостоятельную историко-философскую доктрину. Любые отсылки к широкой теории неизбежно ведут к англо-американским концепциям (Валлерстайн, Хантингтон, Фукуяма и т. п.). Отсутствуют попытки осмыслить реальность даже в формате отечественной исторической науки (например, в работах Л. С. Васильева, Л. Е. Гринина). Столь же беспомощна российская наука о международных отношениях в части формулирования и реализации национальных интересов России. Априори принимается, что единственным источником этих интересов является Воля Начальства, причём в той редакции, в какой она сформулирована на текущий момент. Научное сообщество абсолютно не справляется с ролью посредника между бессознательным общественным запросом на внешнюю политику и желанием начальства услышать этот запрос в академической формулировке. Что получается в результате? Современная российская наука о международных отношениях занимается производством абстрактных «сферических коней в вакууме». Вряд ли стоит удивляться, что она регулярно садится в лужу. Никто не смог предвидеть фиаско идеи «конца истории», предсказать поражение либеральных западоцентричных моделей мира, приход к власти Трампа, кризис ЕС, события на Украине и общий раздрай в мировой политике. На месте Начальства и Общества я бы невольно задался вопросом о том, насколько оправданы затраты на содержание тусовки экспертов столь малым приращением полезного знания, которое она генерирует? Не следует ли несколько изменить ей целеуказание? Мышьяк и Старые Кружева