#ГИИ_про После эпохи Древнерусского искусства в тринадцатитомнике «Истории русского искусства» следует эпоха Нового времени. Тома с пятого по седьмой охватывают XVIII столетие — здесь и архитектура барокко с классицизмом, и парадные портреты, и мраморная скульптура, и изящная мебель, которая давно уже перестала быть просто утилитарным предметом. Восьмой том, вышедший в двух книгах, отдан первой трети XIX в. — ампиру, романтизму, портретам Кипренского и лирическим пейзажам Венецианова. Девятый том (снова две книги) посвящён второй половине столетия — передвижникам с их программным реализмом и острым социальным взглядом. Десятый том, тоже двухкнижный, вышел в 1968–1969 гг. и переходит на рубеж веков: модерн, символизм, первые ростки авангарда в живописи и графике. И наконец, тома одиннадцатый и двенадцатый — о советском искусстве: сначала бурный, экспериментальный период 1917–1934 гг., затем сталинская эпоха с её монументальным пафосом и жёсткой идеологической рамкой. Но, пожалуй, самый любопытный из всех — это тринадцатый том. Вместо ожидаемого завершающего аккорда о послевоенном искусстве он содержит дополнения и уточнения ко всем предыдущим томам, словно авторы сами осознавали, что их грандиозное полотно потребует множества ремарок. И действительно, замысел Грабаря был не просто создать идеологически выверенный учебник, а восполнить те лакуны, которые остались после дореволюционного издания. И хотя советский контекст неизбежно окрашивал каждую главу, этот коллективный труд на долгие десятилетия стал главным ориентиром для профессионалов и образованной публики, задав ту самую оптику, через которую мы до сих пор рассматриваем русскую художественную культуру. 🖼 «История русского искусства» в 13-ти томах 🔗 Фотоархив ГИИ МК РФ