Вижу, слышу, пишу | Александр Акулиничев

Реклама в метро заходит с козырей: «Как потратить рабочий день на себя?» — спрашивают меня черные рубленые буквы. И ответ дается шрифтом помельче, зато кроваво-красным: «ПРОЙДИТЕ ДИСПАНСЕРИЗАЦИЮ» У Жижека есть сквозная идея почти всех его работ — о принуждении к удовольствию и счастью: мол, если ты жизни не радуешься, с тобою что-то не то, будь добр, сияй! Так устроено наше общество, в духе «Дивного нового мира»: наслаждайся, иначе ты поломанный. У Бён-Чхоль Хана — рифмующаяся мысль в «Топологии насилия»: насилие заложено в фундамент современности так, что мы сами себя насилуем, в том числе под эгидой заботы. Давай, бегай по утрам! Ходи в зал! Записывайся к врачу! Даже если стресс от этих действий — масштабнее, чем польза. Насилие растворено в воздухе, но унюхать его не так-то просто. Нацпроекты с рекламой в метропоезде воздействуют на меня по схожей модели, только ещё хитрее. Они не пушат и не орут (хотя и капс), а давят на мое исконно-русско-советское и совершенно естественное желание что-нибудь урвать — отхватить у козлины-начальника, под шумок полулегально слямзить казенный денек. Круто же — позаботиться о себе косвенно за счёт компании? Сломать систему, сказать капиталисту: «Шиш! Государство дало мне выходной!» Вот только странно, что предметом такого своеобразного торга выступает мое здоровье/тело. Получается, Нацпроекты как бы дают мне разовый карт-бланш к этому телу вернуться — вступив со мной в сговор против работодателя. Вот только у Нацпроектов в кармане очевидно фига: из их же послания следует, что в другие дни, кроме этой Юрьевой Диспансеризации, мое право обратить внимание на свое тело и здоровье отнюдь не бесспорно. Возможно, коронавирусную вакцину «Спутник» 5 лет назад, в разгар споров, стоило продвигать в том же ключе, через идею халявы и внепланового выходного.