Юлия Витязева

28 сентября ежегодно отмечается День атомщика. Именно в этот день в 1942 вышло распоряжения ГКО СССР «Об организации работ по урану», что и дало старт советскому атомному проекту. Сегодня в атомной отрасли (а это целая отрасль) страны трудятся сотни тысяч специалистов. АЭС обеспечивают более 20% всей выработки электроэнергии в России. Это передавая отрасль, но, если честно, День атомщика - это прежде всего про ядерное оружие. И только потом про мирный атом. Так уж повелось в XX веке, что именно ВПК был двигателем технологий и экономики. Мирный атом, если хотите, стал побочным продуктом атомной бомбы, столь необходимой стране. Тогда, 28 сентября 1942, постановлением ГКО предписывалось Академии наук СССР срочно «возобновить работы по исследованию осуществимости использования атомной энергии путём расщепления ядра урана…». Уже к лету 1942 руководству было понятно, что к урановой проблеме нужно отнестись чрезвычайно серьезно. Спецкомиссия при Совнаркоме активизировала работу по освобождению и отсрочкам от призыва ученых-физиков. А некоторые были вообще на фронте. Так, еще 5 июня комиссия демобилизовала техника-лейтенанта Георгия Флёрова. Вице-президент Академии наук СССР академик Абрам Иоффе лично просил об этом куратора АН СССР в правительстве Кафтанова: «…Флёров является одним из наиболее осведомлённых, инициативных и талантливых работников по проблеме урана в СССР. Я считаю поэтому необходимой демобилизацию его и привлечение к разработке специальных научных вопросов и, в частности, проблемы урана в СССР». Письмо Иоффе возымело действие, тем более, что «пинка» разобраться в этой бюрократической истории дал лично Сталин, ибо сам лейтенант авиации Флеров в начале июня послал Сталину письмо со словами: «Очень важно не потерять времени и создавать урановую бомбу». Просматривая научные журналы США и Англии, Флеров обратил внимание на то, что из них исчезли статьи по ядерному распаду, а имена ведущих ученых больше не встречаются. Он пришел к правильному выводу: ядерные исследования засекречены и в США создают атомную бомбу. Сталин очень удивился, что это письмо не из Академии наук, а от фронтового лейтенанта. Советское руководство все понимало и про так называемых союзников. Летом 1943 после Квебекской конференции наша разведка доложила, что была достигнута договоренность, которая потом стала секретным англо-американским соглашением, о сотрудничестве в работе над атомной бомбой. США и Британия своего союзника - СССР в это посвящать не стали. Уже летом 1944, после письма Курчатова Берии, где он констатировал, что дела у нас идут «совершенно неудовлетворительно», несмотря на большой сдвиг в развитии работ по урану в 1943- 44 годах», разведка передала ученым ряд материалов по автономным программам Германии и США, предоставив их советским ученым. Ученые же подготовили ряд вопросов, на которые предстояло ответить опять таки разведке. И разведка ответила. Работа шла в тандеме все эти годы. По сути, когда в 1945 на Потсдамской конференции Трумэн намекал Сталину на маленькие и толстые обстоятельства (через несколько дней на японцев будут сброшены бомбы «Малыш» и «Толстяк»), Сталин не просто проявил выдержку. На момент подписания 20 августа 1945 Постановления ГКО № 9887сс/оп, которым давался старт Спецкомитету при ГКО во главе с Берией для создания атомной бомбы, в СССР работа шла уже несколько лет, а проект США был хорошо известен нашей разведке. За 7 лет, с формального старта атомного проекта в СССР, страна собрала бомбу. С ней никто не объединял усилий, как Британия с США, западным ученым запрещалось делиться секретным знанием с Москвой. В августе 1949 мы ее испытали и в США испугались: преимущества у них больше нет. Никто и сегодня, не имей мы такой технологии, не подумал бы создавать для России атомную отрасль. И если бы не те железные люди - физики-атомщики, разведчики и руководители проекта, нас бы давно не было. Еще одна дата, помимо священного 9 мая, претендующая на то, чтоб считаться настоящим Днём независимости - 28 сентября. День атомщика. @alexbobrowski