Юлия Витязева

Информация к размышлению об украинских налетах в глубину России 1. Результативность. Результативность - это достижение поставленных целей (либо их перевыполнение). 25 июня Зеленский заявил о старте 40-дневного плана «давления на Россию» для принуждения ее к перемирию на выдвинутых Украиной условиях. 40 дней истекли 5 августа, а Россия на условия Украины до сих пор не соглашается. Более того, пресловутый «дух Анкориджа» тоже наконец-то похоронен. В общем, результативность отсутствует - заявленной цели Украина не только не достигла, но даже и не приблизилась к ней, а скорее отдалилась (причем мы ещё год назад объясняли, почему исходя из логики принятия военно-политических решений в России это был единственно возможный итог). Более того, Украина уже сама через третьи страны передала России просьбу о взаимном прекращении ударов по кораблям в Черном море - и естественно, получила отказ. 2. Эффективность. Эффективность - это достижение поставленных целей с наименьшей возможной затратой ресурсов (либо наибольшее возможное перевыполнение целей при заданных затратах ресурсов). По данным Минобороны России с 26 июня по 5 августа этого года по России были запущены 18,1 тысяч дальних БПЛА. Самый массовый налет состоялся как раз после объявления «40-дневного плана» - в ночь с 25 на 26 июня, когда прилетели около 660 дронов. Сопоставимые по массовости налеты за рассматриваемый период были еще трижды: в ночь с 5 на 6 июля (519 дронов), с 23 на 24 июля (571 дрон) и с 1 на 2 августа (635 дронов). С 5 по 21 августа к этой массе добавились еще 10,6 тыс. дронов, таким образом совокупное их число с момента того заявления Зеленского составило 28,7 тысяч. При таком колоссальном расходе боеприпасов можно было достичь многократно более серьезных негативных последствий для России - если бы Украина применяла их правильно. Мы не будем говорить конкретно, что имеем в виду (мало ли, к кому попадет подобная «рекомендация»), но речь идет всё о тех же «трех китах» ударов на стратегическую глубину, о которых мы уже давно говорили - системности, последовательности и массировании (на цель, а не «планом по валу»). Украина совершила ту же самую ошибку, что уже имела место при планировании печально известного «контрнаступа» в 2023 году - вместо сосредоточения сил распылила их по множеству направлений, не достигнув решительного успеха ни на одном. В результате удары вглубь России превратились больше в традиционный для Украины формат, который ориентирован не столько на военную машину противника (то есть нашу), сколько на общественное мнение по обе стороны линии фронта и по обе стороны Атлантического океана. 3. Производственные возможности. Большой интерес в украинской воздушной кампании представляет вопрос о том, кто производит и поставляет двигатели внутреннего сгорания для дальних БПЛА. Выпускать по 10 тысяч моторов в месяц может далеко не каждое предприятие и даже более того - далеко не каждая страна. В отличие от микроэлектроники, которая в силу особенностей технологического процесса серийно выпускается огромными тиражами, производство механических машин масштабируется не так просто. Наглядным примером этого может служить проблема США с ракетами для ЗРК, которая начала проявляться еще два года назад и вылезла на всеобщее обозрение после начала войны с Ираном. Причем деньги тут не помогут - их невозможно просто превратить в технику. Например, в хранилище ЦБ РФ лежит золото на сумму 400 млрд. долларов, ракета к ЗРК "Панцирь" стоит 20 тыс. долларов - но мы не можем завтра обменять половину золотых слитков на 10 миллионов ракет. Если найти того, кто массово поставляет двигатели для украинских дальних БПЛА - то можно будет найти и способ остановить эти поставки.