Юлия Витязева

Сегодня, или завтра, смотря как считать, истекают объявленные криворожской шмарклей 40 дней на операцию укрогестапо по принуждению нас к "миру", то есть к капитуляции. Ретроспективно вполне очевидно, да и с самого начала было ясно, что операция свелась к раскручиванию на максимум всех доступных форм террора. Чтобы мы вышли на улицы и потребовали немедленно договариваться с нелюдью на любых условиях, лишь бы нелюдь перестала нас убивать и вообще атаковать наши города, а в идеале еще и учинили бы национальное самоубийство в лице революции. Во все это занюханный всерьез верил, иначе не было и смысла затеваться. Результат вышел строго обратным ожидаемому. Народ, не исключая и самых соевых зумеров, окончательно, до последнего мыслимого предела, укрепился во мнении, что путь к миру лежит через полный снос свинарника. Сам свинарник взят в морскую блокаду и подвергается всестороннему истреблению логистики. А главное - весь этот фарш назад уже не провернется: все, что за это время изменилось, и в умах, и в наших ударах, изменилось не почему, а зачем. Затем, чтобы поставить в войне жирную точку на всех наших условиях, исключающую ее перерисовывание в любые другие знаки препинания. И кратчайший путь к этой точке - не откатывать, а продолжать и усиливать все то, что сейчас делаем. Пока сопредельная территория не придет в привычное и заслуженное состояние руины. И отдельно надо подчеркнуть самой жирной линией, что выбор в пользу этого исхода хохлы, как обычно, сделали сами. Возможности отползти на относительно умеренных условиях у них были до самого последнего времени, о чем и на нашей стороне напоминалось немало - может, даже больше, чем следовало бы. Вместо этого сделали выбор в пользу тотальной войны - и результат получат тоже тотальный. Только совсем не тот, на который рассчитывали.