Как бы Mikhail Vinogradov

НейроВиноградов о кончине Николая Подгорнова, возглавлявшего в 1991-1996 годах Вологодскую область Подгорнов в 27 лет стал директором совхоза, а потом 11 лет возглавлял «Аврору». К выходу Подгорнова в большую политику это было уже коллективно-долевое хозяйство – часть тогдашнего поиска альтернатив обычному совхозному устройству. К концу советской эпохи он уже входил в бюро обкома КПСС, был делегатом XIX партконференции. В 1990 году стал народным депутатом России, а в октябре 1991-го, в 42 года, получил от Ельцина назначение руководить областью. Одна из самых любопытных развилок этой биографии – дважды предложенный и дважды отвергнутый пост министра сельского хозяйства России. Подгорнов предпочел остаться в области. Губернаторство было не пределом, которого он сумел достичь, а выбором между несколькими возможностями. С его именем связана и почти забытая сегодня «Вологодская республика». Весной 1993 года вологжанам предложили высказаться за равные конституционные права областей и республик. Затем областной Совет закрепил претензию на такое равноправие, одновременно подтвердив принадлежность области к России. Это показывает, насколько иначе тогда понималась роль регионального руководителя: он мог претендовать не только на дополнительные деньги или полномочия, но и на участие в переустройстве самой федерации. Хозяйственные результаты были неоднозначными, причем по некоторым показателям область проходила кризис лучше страны в целом. Промышленное производство в 1995 году составляло 70,2% от уровня 1990-го, тогда как в России в целом – около 50%. Но Подгорнову не удалось наладить устойчивое взаимодействие между основными центрами влияния в регионе. У Вологодчины были два накладывавшихся друг на друга противоречия: между административной Вологдой и промышленным Череповцом, а также между промышленностью и сельскими территориями. Параллельно существовали самостоятельные политические центры вокруг Подгорнова, представителя президента Гурия Судакова и руководителя областного представительного органа Геннадия Хрипеля. Он не сумел сделать столкновение интересов управляемым. Не обязательно всех примирить или подчинить себе, но выработать порядок, при котором промышленники, муниципалитеты, аграрии и депутаты могли договариваться о деньгах и обязательствах. Падение Подгорнова оказалось стремительным, хотя и не одномоментным. Уголовное дело возбудили 5 февраля 1996 года. 15 февраля, объявляя в Екатеринбурге о намерении баллотироваться на второй президентский срок, Ельцин одновременно сообщил об уголовных делах против Подгорнова, бывшего исполняющего обязанности генпрокурора Ильюшенко и руководителя Роскомдрагмета Бычкова. История вологодского губернатора была включена в публичную демонстрацию борьбы с коррупцией непосредственно на старте президентской кампании. Весной последовало освобождение от должности – вместо него и.о. был назначен мэр Череповца Вячеслав Позгалев. Осенью, находясь под следствием, он участвовал в губернаторских выборах и пытался вернуться. Проиграл – и в ноябре оказался в «Матросской Тишине». В числе сюжетов обвинения - банк «Традиция», среди учредителей которого фигурировали дочь и брат губернатора. В 1994 году туда были помещены 21,7 млрд неденоминированных рублей, выделенных области на закупку зерна. Следствие рассматривало это как использование государственных финансов в интересах связанного с семьей коммерческого банка. В 1994 году появилось крестьянское хозяйство «Восход»: среди учредителей были сестра, брат и сын Подгорнова. После создания хозяйство получило из бюджета 100 млн неденоминированных рублей. Следствие утверждало, что предприниматели строили и обустраивали загородный дом Подгорнова в деревне Сопятино, а взамен получали налоговые послабления, льготное финансирование и выгодные контракты. В дело включили претензии к расходованию средств на поездки, приемы и содержание чиновников, а также налоговые нарушения. 2 декабря 1998 года Вологодский областной суд отверг практически все основные обвинения. Защита представила документы об оплате строительства самим Подгорновым. Jна показала: кредиты от администрации получали многие фирмы, иногда на более выгодных условиях. Осталось только обвинение в покупке за государственные деньги деталей и коврика для личного Mitsubishi Pajero: год условно, штраф 150 рублей и применение амнистии. Генпрокуратура обжаловала приговор. По версии обвинения, реальные затраты подрядчиков на дом губернатора были в несколько раз больше уплаченного. В конце октября 1999 года новый состав суда вынес приговор: 7 лет колонии общего режима с конфискацией загородного дома. В судебном репортаже описывался не только сам особняк, но и его обустройство: подъездная дорога, электроснабжение, шведская система подогрева пола, незавершенный канал к водоему, по которому предполагалось выходить на катере. Суд признал также злоупотребления, связанные с использованием служебного самолета для отпуска в Сочи и поездок в Москву на мероприятия Международной академии информатизации, а также с выделением бюджетных средств на квартиры приближенным и племяннику. В июне 2000-го Подгорнов вышел по амнистии. После освобождения он вернулся к сельскому хозяйству. В 2000-х создал «Северную ферму», занимался животноводством и другими направлениями аграрного бизнеса. Не получилось и красивого финала про успешного хозяина, которому политика только мешала: позднее появились большие долги, банкротные процедуры и даже уголовное дело в 2015 году о неперечислении удержанного с работников подоходного налога, прекращенное из-за истечения срока давности.