Интерес Бокия к этим изысканиям не был праздным любопытством. Как глава спецотдела, занимавшегося шифрованием и дешифровкой, он искал в оккультизме «абсолютный код» — универсальный язык, который позволил бы не только взламывать любые государственные шифры, но и управлять массовым сознанием. В архивах сохранились протоколы, где описывались попытки создания «психотронного оружия» на основе принципов, почерпнутых из оккультных трактатов, найденных Барченко в ходе экспедиций на Кольский полуостров и Алтай. Что касается загадки Ориона, то исследователи спецслужб того времени выдвигали несколько версий. Одна из них гласила, что название было заимствовано из древнеегипетских текстов, где Орион отождествлялся с Осирисом — богом возрождения и власти над загробным миром. Для чекистов, одержимых идеей создания «нового человека» и бессмертия советской элиты, такая метафора была крайне привлекательна. Однако после ареста Бокия в июне 1937 года вся документация, касающаяся «Ориона», была засекречена с грифом «Особая папка» и передана в ведение НКВД. Следователи, допрашивавшие Барченко, в своих отчетах прямо указывали на «непонятность и антисоветскую мистическую подоплеку» названия. В конечном итоге, «Орион» был интерпретирован как шифр для связи с иностранными разведками, что позволило НКВД сфабриковать дело о «шпионско-террористической организации». Сам Барченко до последнего момента верил, что его «космические покровители» вмешаются в ход истории и спасут его от расстрела. Когда же этого не произошло, следствие окончательно пришло к выводу, что «Орион» — это лишь плод болезненного воображения группы интеллектуалов, пытавшихся придать своим оккультным изысканиям статус государственной программы. Тем не менее, многие архивы, связанные с деятельностью «Древней Науки», до сих пор остаются неполными, а вопрос о том, что именно скрывалось за «орионийским» вектором исследований, остается одной из самых интригующих тайн советских спецслужб. Вехи истории