Почему ко мне пришла идея [хоть и электронной] (пока электронной) библиотеки? Однажды я создам фонды, годам к 40 наверное, которые будут помогать учиться. Скажем дружно Иншалла и пойдем работать на эту цель. Эта история тянется из моего дества. От моей бабушки. Бабушки Лены. Я никогда её не видела, они с дедушкой погибли в аварии за пару месяцев до моего рождения. Но я видела её библиотеку дома. Дом продали после развода родителей, и книг не осталось. А память жива. И иногда ранка кровоточит. Я все-таки женщина и эмоции моё первое имя)) Мои домашние постоянно говорят «Вик, ну хватит учиться; сколько можно читать» и все в этом духе. В общем-то думаю понятно от кого мне это передалось. У бабушки Лены книги были расставлены наверное в определенном порядке? У бабушки было их много. Было бы здорово в дальнейшем сделать не электронную библиотеку, а что то вроде «Библиотека восточной литературы имени Елены Антоненко». Цель намечена. Да и к тому же, чтобы быть библиотекой в прямом смысле для этого нужно очень очень много соблюдения различных формальностей, и как минимум (и он же роскошный максимум наших дней) - авторское право. И тут приходит ещё исключительное право. И тут сложнее. Но не значит невозможно. Я точно знаю, что я свободно могу размещать материалы, которым точно больше 70 лет. Но что же с переводами этих материалов? А тут ящик Пандоры. Давайте разбираться. 🔤«Дао дэ цзин», «Артхашастра», «Тысяча и одна ночь», тексты Омара Хайяма в оригинале — авторы этих произведений умерли сотни и тысячи лет назад, так что они давно в общественном достоянии. По закону произведение переходит в общественное достояние через 70 лет после смерти автора и после этого может свободно использоваться любым лицом, в том числе без цели извлечения прибыли. 🖤Тексты, перешедшие в общественное достояние по сроку. На 2026 год это произведения авторов, умерших до 1 января 1956 года (для участников Великой Отечественной войны и репрессированных с последующей реабилитацией сроки считаются иначе — плюс четыре года или с года реабилитации). Окей, разобрались. А дальше что, Вика? ❓ А дальше открываем потихоньку тот самый ящик Пандоры. Главная ловушка для восточной литературы: переводы. Перевод — самостоятельное произведение, у переводчика есть свои авторские права. Древний текст свободен, а его современный русский перевод — нет. Например: 📎переводы академика Щуцкого («И цзин») — он умер в 1938-м, перевод в общественном достоянии; 📎переводы Библиотеки всемирной литературы многих восточных классиков — переведены в 1960–70-е годы переводчиками, умершими позже 1956 года, — охраняются. 📎То же касается предисловий, комментариев, примечаний учёных — это отдельные охраняемые объекты. Практический вывод: для каждого текста проверяйте отдельно и оригинал, и конкретный перевод. Безопасный вариант — переводы, авторы которых умерли более 70 лет назад (дореволюционные переводчики, ранние переводчики 1920–30-х годов). В общем, друзья, горю этой идеей. И надеюсь я не перегорю. Ну а почему это библиотека именно с восточным уклоном, думаю, понятно и так. Наверное бабулька бы мной гордились. Такие дела, коллеги!! На фото кстати, именно она, моя бабушка Лена.