На Zzzzzападном фронте без перемен

Z-политолог Чадаев доступно объясняет соратникам почему их будут чаще сажать: «Вот есть у нас такое сословие — "силовики". Люди в погонах. Туда относят и военных, и собственно разные службы. Это люди, семьи, определённый антропотип, с некими представлениями о моделях успеха в выбранной сфере — назовём это "продвижением по службе". В 22-м значимая часть этого сословия, а точнее корпорации (в средневековом значении слова) отправилась воевать. И из армии, и из служб. … А теперь посмотрите на это глазами тех людей в погонах, кто (по тем или иным причинам) не пошёл. И, в особенности, их жён. Простая механика: двое знакомых, один пошёл по военке, другой, к примеру, в органы. В мирное время у второго было как будто бы даже и получше, но война всё изменила. Теперь второй уже полковник, а первый так и сидит у себя в регионе в майорах. С соответствующим диспаритетом и в доходах, и вообще в качестве жизни. Ну и вздохи дома каждый раз, когда приходит получка. И возникает очень сильная мотивация тоже к звёздам. Но, понятное дело, уже не на войне — там-то скорее смерть найдешь, чем карьеру. А в своём собственном качестве. И та часть силовой корпорации, которая не борется с врагами внешними, начинает с утроенной энергией бороться с врагами внутренними. В чём-то это даже хорошо — когда, например, наконец-то двинулись дела по коррупционным статьям или начали крутить гайки по мигрантам. Но в то же время и блокировки, и цензура, и истории вроде дела Юры Ускова — из той же оперы. Один из бесчисленных проверяльщиков, пришедших к моему коллеге по дронопрому в одном западносибирском городе, так прямо и сказал в доверительном разговоре: если мы у вас совсем ничего не найдём — значит мы плохо работаем. Так что давайте найдём вместе что-то, чтоб и вам не сесть, и нам отчитаться. А теперь представьте, в данном контексте, какое количество борцов с внутренними врагами кормит одним своим существованием, например, Павел Дуров. Ну и в продолжении введём в эту модель ещё одну переменную. Переменная называется очень просто: враги. Которые в предыдущие, довоенные годы потратили немало сил и средств на то, чтобы вскрыть нашу систему изнутри, и пусть в целом не особо у них получилось, но кое-каких успехов они всё же добились — а главное, создали сетки. Опять же из людей. Которым тоже надо искать в этой новой жизни какие-то перспективы. Чем они заняты? А уже видно, чем. Они больше не ходят с плакатами нетвойне и путинтиран. Они занялись куда более предметным делом: пишут доносы. В основном на тех, кто либо воюет, либо помогает фронту. Золотая жила на этом поприще открылась после лета 23-го, когда нашу систему таки тряхнуло от марш-мятежа Пригожина, она запомнила и испугалась. Появился уже и в аппаратной среде термин "рассерженные патриоты" и всё такое. И вот дальше представьте, как складываются мотивации. Есть люди в органах, которым надо догнать своих воюющих друзей в темпах "продвижения по службе". Есть поток доносов, идущих очень вовремя, прямо вот бери и занимайся. И есть наша система с её правилами, которые ты в нынешней ситуации обязательно в чём-нибудь да нарушишь. И за тобой придут. Невзирая ни на какие заслуги. И через какое-то время ты именно этот сценарий начинаешь приоритизировать на фоне риска личной гибели или даже общего поражения. И замираешь, боясь нарушить правила и подставиться под friendly fire. Всё; толку от тебя в общем деле больше нет, ты объект ландшафта — даже если конкретно за тобой никто так и не пришёл. И я вижу, как в нашей сфере таких соляных столпов появляется всё больше. Вроде ещё вчера был живой человек, а сегодня уже бюрократическая единица в рамках установленных правил», - «Чадаев».