На Zzzzzападном фронте без перемен

Предсказуемо z-пространство в связи с внесением пропагандистки Татьяны Монтян в российский список экстремистов поделилось на два лагеря: «охранители» празднуют победу, «z-патриоты» возмущены, что государство использует ярлыки «экстремист» и «иноагент» для внесудебной расправы над неугодными: «На видео представлены два абсолютно разных человека, высказывающих тезисы различной степени однозначности. В первом случае, когда с экрана федерального телеканала звучат предложения о расстреле военкомов, с человеком ничего не происходит. Его карьера идёт в гору, деньги льются рекой. Во втором случае — лицо подвергается уголовному преследованию за призывы к экстремистской деятельности, несмотря на очевидное отсутствие состава преступления, и включается в перечень экстремистов и террористов росфинмониторинга. Санкция ч. 2 ст. 280 УК РФ предусматривает до пяти лет лишения свободы. Вы можете как угодно относиться к Татьяне Монтян и Владимиру Соловьёву, но именно это дело демонстрирует двойные стандарты российского правоприменения. Ситуациями, когда обвинение высосано из пальца, а доказательная база шьётся белыми нитками, уже никого не удивить. Но расправы над невиновным человеком, ранее являвшимся украинским гражданином и поддержавшим Россию в ходе СВО, вы скорее всего еще не видели. Вам может показаться, что для включения в перечень экстремистов Татьяна Монтян сделала что-то экстремально антигосударственное и вопиющее. Но уголовное дело возбуждено лишь за произнесенные в 2022 году слова «охраноту мочить безо всякого сожаления». Это вообще всё, в чём её обвиняют на данный момент. Целых три года никто в этих словах не усматривал ни экстремизма, ни терроризма. Но усмотрели, когда стало необходимо это усмотреть. Возникает ощущение, что ставится цель — победить в конкурсе на лучшую антирекламу сотрудничества с нашим государством в какой-либо форме. Других мыслей пока не возникает», - «Адвокат прямого действия». «Иноагентство, список росфинмониторинга превратились из инструмента борьбы с Чужими в инструмент внесудебной расправы с неугодными. Неугодными тем, у кого есть кнопка в Инстанции….либо нам могут открыто и четко объяснить в чем ее терроризм и экстремизм, либо возникает ощущение, что на месте этого имени может быть любое другое, в том числе ваше или моё», - Егор Холмогоров. «…В общем очень бы хотелось, чтобы правосудие в нашей стране было прозрачным, а решения по включению в черные списки были понятны и объяснимы. Ведь в противном случае попасть в черный список может совершенно любой. …пожалуйста, дорогое российское государство, не могло бы ты вменяемо объяснить, что ты делаешь и зачем. А то твои дети, пасынки и падчерицы порой уже совсем перестают тебя понимать», - «Обыкновенный царизм». «Слово перестаёт иметь значение. Скоро все слова в стране окончательно перестанут иметь свои значения», - Larkin. «Нельзя, чтобы уголовное право становилось инструментом для сведения счетов приближенных к власти с теми, кто не колеблется с её линией. Таким образом любой, кто не понравится тому же Соловьёву очень запросто может стать экстремистом, террористом, иноагентом. Ну, или мошенником и дезертиром. …Как я понимаю, уголовное дело заведено по экстремистским высказываниям в адрес определенной социальной группы. В данном случае «охраноте». То есть, "охранота", можно сказать, получила официальный статус», - «Солдатская правда». «Татьяна Николаевна с первого дня была против Майдана. Долгие годы боролась с майданной мразью со своей, пусть и не близкой мне стороны. Она в Донецке с первых дней СВО. …И да: она говорила правду о том, что здесь творится. Часто - матом. И вот теперь она в списке террористов. А Чулпан Хаматовой, Аллы Пугачёвой, Иосифа Райхельгауза, Лии Ахеджаковой и Ксении Собчак там нет. И, б***, не будет. И мы все это знаем. …Вы, ребята, реально хотите, чтобы статусы иноагента и экстремиста перестали быть позорным клеймом? … у меня вопрос: у кого власть в воюющей стране? Охеренный вопрос, ребята», - «ШЕКСПИР».