— Помните, как огласили приговор? — Огласили, я как в тумане — оп! Вдруг очнулся в церкви. Не знаю, как даже пришел туда. Помню только, что позвонил родным, жене. Вдруг сижу на лавочке в храме. Меня какая-то женщина расталкивает, будит: «Мальчик, с тобой все хорошо?» — «О! Где я? Почему здесь?» — Могли дать года три? — Если б устроили показательный процесс — то ли восемь, то ли от трех до пяти... — Осознали, насколько вам повезло? — Это не просто повезло. Это Бог меня сильно-сильно любит! Понял это не сразу. Но с каждым днем доходит все яснее. Для чего-то я нужен на свободе. — Как и в хоккее, из судебного заседания помнятся какие-то мгновения, секунды. Что отложилось у вас? — Первая вспышка — судья заходит в зал. Я не знал, что надо вставать. Судья жестко: «Шинин, встать! Суд идет!» «О-па, — думаю. — Вот я себе что-то добавил к приговору. Накосячил». Сижу в зале суда в какой-то прострации. Очнулся на секунду, оглянулся — кругом репортеры, камеры, все снимается. Кто-то хихикал. Потом встает прокуратура. Слышу, что требуют для меня от трех до пяти лет реального срока. Тут я обалдел. — Все оборвалось внутри? — Да. Почему-то думал, будут лояльнее. А они — бум! Вот поэтому три часа в коридоре были такими долгими. — Я видел ваши фотографии из зала суда. Полная отрешенность. — Так и было. Но сейчас я оборачиваюсь назад — не то что горд... Просто почувствовал: стержень во мне и так был, но в тот момент я стал еще крепче. Это ситуация о-очень сложная! — Настраивались на тюрьму? — Да. Был почти уверен. Заседание суда, как вспоминаю, было с одиннадцати до часу дня. Потом суд удалился до 16.00 совещаться. После должны были огласить приговор. Мне адвокат говорит: «Что здесь сидеть? Можешь ехать домой, я тебе потом все расскажу». «Нет, — отвечаю. — Я дождусь, зайду в зал лично и все услышу». Вот это сидение в коридоре — самые долгие три часа в моей жизни. Полное непонимание, где вот-вот окажусь! — Реально могли куда-то этапировать? — Запросто. Потому что... Потому что это так. Ты заходишь в зал и не понимаешь, что сейчас случится. Но ясно — что-то очень важное в твоей жизни. Либо туда, либо домой. Но по всей логике — туда! — Ставлю себя на ваше место — и вздрагиваю. — Не надо, не ставьте. Никому не пожелаю. Когда огласили приговор — все, сразу впал в прострацию. Только жене успел позвонить: «Штраф»... — Прямо как в «Мимино». — Да. Отключился — и пришел в себя только в церкви. https://www.sport-express.ru/hockey/khl/reviews/menya-prinyali-s-narkotikami-i-v-sekundu-vse-ruhnulo-otkroveniya-eks-kapitana-traktora-2450393/