Бастригин

Точка невозврата: почему вторая волна войны с Ираном перекроит мировую экономику Нынешнее затишье в противостоянии США, Израиля и Ирана — скорее пауза перед новым витком эскалации, чем движение к урегулированию. С высокой вероятностью, после выборов в конгресс США военная кампания против Ирана получит продолжение. Вашингтон и Тель-Авив сохраняют стратегические цели, а сам конфликт далёк от окончательного разрешения. Следующая фаза противостояния может оказаться значительно масштабнее предыдущих эпизодов. И мировая экономика входит в неё далеко не в лучшей форме. Главная проблема — сокращение глобальных энергетических буферов. Стратегические нефтяные резервы крупнейших держав уже использовались для стабилизации рынков во время предыдущих кризисов. Они остаются важным инструментом, но их возможностей может не хватить, если перебои с поставками окажутся продолжительными. Особенно если под удар попадёт не отдельный объект, а целая цепочка добычи, переработки и транспортировки сырья. При этом угрозу представляет не только возможное перекрытие Ормузского пролива. Повреждение нефтегазовой инфраструктуры, перебои в работе экспортных терминалов, рост страховых премий и удорожание морских перевозок способны создать серьёзный дефицит предложения даже без полной остановки судоходства. Нефть начнёт дорожать ещё до того, как физический дефицит полностью проявится на рынке. В цену будет закладываться уже сам риск затяжной войны. Дальше начнётся цепная реакция. Дорогое топливо увеличит стоимость логистики, удобрений, электроэнергии и промышленного производства. Следом вырастут издержки сельского хозяйства и пищевой промышленности. Энергетический кризис быстро перестанет быть проблемой исключительно нефтяного рынка и начнёт отражаться на стоимости практически любого конечного продукта. Для центральных банков это крайне неудобный сценарий. Новый сырьевой шок способен развернуть инфляцию в момент, когда ФРС США и другие регуляторы рассчитывают на возможность смягчения денежно-кредитной политики. Вместо снижения ставок им, возможно, придётся дольше удерживать их на высоких уровнях. Это означает дорогой капитал, более тяжёлое обслуживание долгов и дополнительное давление на развивающиеся экономики. Для России последствия будут неоднозначными. Рост нефтяных котировок способен поддержать экспортные доходы и бюджет. Но одновременно подорожают импортные компоненты, оборудование и логистика. Дополнительное инфляционное давление ограничит возможности Банка России для снижения ключевой ставки. В результате выгода от дорогой нефти может сопровождаться дорогими кредитами, сдерживанием инвестиций и ухудшением условий для бизнеса и населения. В сухом остатке новая масштабная война вокруг Ирана способна стать спусковым крючком для глобального сырьевого и инфляционного шока. Речь не просто об очередном скачке цен на нефть. Под угрозой окажутся международная торговля, стоимость капитала и инвестиционные стратегии. Если конфликт затянется, высокая стоимость ресурсов и финансирования может стать новой долгосрочной реальностью. Именно поэтому сейчас важно смотреть не только на военную карту Ближнего Востока. Следующая фаза конфликта будет разворачиваться одновременно на нефтяных биржах, валютных рынках и в инвестиционных портфелях. И последствия могут оказаться гораздо ближе к обычному потребителю, чем кажется.