Бастригин

Илон Маск предлагает лечить рекордный госдолг США искусственным интеллектом и роботами. Экономическая версия старого фокуса: если долги не сходятся, надо быстрее производить — желательно с помощью машин, которые не требуют выходных и не задают вопросов о зарплате. По словам Маска, ИИ способен увеличить мировое производство товаров и услуг на 20–30% и добавить мировой экономике около 30 триллионов долларов в год. При этом госдолг США, по данным Минфина, достиг 40 триллионов долларов в августе, а за следующие два месяца вырос почти на 400 миллиардов. Но между «экономика производит больше» и «государство решило проблему долга» нет знака равенства. Это как надеяться расплатиться по личному кредиту потому, что в городе открылась новая фабрика: фабрика может выпускать больше товаров, но её выручка не оказывается автоматически у вас в кошельке. Рост производительности создаёт возможности, а не гарантирует, что бюджет перестанет тратить больше, чем получает. И здесь начинается главное. Если ИИ действительно увеличит выпуск, это ещё не отвечает на вопрос, кому достанется дополнительный доход и какую его часть государство сможет забрать. А если расходы продолжают расти, то новые технологии становятся не лекарством от долга, а просто более мощным двигателем экономики, из которой долг продолжает выкачивать ресурсы. Маск прав в том, что одной экономией расходов задачу такого масштаба не решить. Но из этого не следует, что единственный выход — роботы и ИИ. Производить больше полезно; бесконечно наращивать обязательства, рассчитывая на чудо будущей производительности, — это уже не план, а ставка на то, что счёт оплатит кто-то другой. В итоге платить всё равно придётся людям: через налоги, инфляцию или обесценивание обещаний, которыми государство прикрывает расходы. Роботы могут собрать больше товаров. Но погасить долг за политиков они пока не обещали.