Давно я не был на киевском Подоле. Как-то обстоятельства проносили меня все время мимо, но вчера довелось. Ужас. В прошлом месяце по работе я был в Радомышле. Есть такой районный центр в Житомирской области. Так вот Радомышль чище. Подол никогда не отличался чистотой и ухоженностью даже и в советское время, но сегодня это вообще карикатура на Столицу. Особенно то огромное стальное чудище, стоящее посреди грязной некрашеной покрытой ямами центральной площади - Колесо Обозрения. Оно стоит словно насмехаясь над здравым смыслом. Не работает. Включают его только на выходные, чтобы было чем электричество оплатить. Выкрашенное белой краской, как больничные халаты санитаров, оно поставлено будто подчеркнуть болезнь и кривизну старых замызганных подольских зданий, в которых прячется администрация и разместились офисы. Выезды на контрактовую площадь перекрыты. Сама площадь и часть улицы Сагайдачного превращены в пешеходную зону. Но как в фильмах про города призраки, на разбитой тротуарной плитке, под грязными летними зонтами стоят грязные пластиковые столики с грязными пластиковыми стульями. Только двух бомжей я и увидел за одним из таких столов во всю улицу, и больше никого. Люди ходят туда сюда, перемещаясь из офиса в офис или выходя за дешевыми обедами, салфетки и коробки от которых носятся ветром по всем подольским дворикам, сбиваясь в разрушенных кирпичных кладках. У меня была намечена встреча в кафе «Паштет» - то, что возле памятника Самсону, который раздирает пасть льву. Я припарковал машину в одном из дворов и пошел через площадь изуродованную мертвостоящим Колесом Обозрения. Конечно, мысли были о том во что мы превращаемся и что нас еще дальше ждет. И тут, уже когда я приближался к Самсону, мне навстречу шел крепкий молодой человек в клетчатом коротком пальто, модной вязаной шапке и громко говорил по телефону. Галицкий акцент уже стал достаточно привычен в Киеве, но каждый раз я почему-то обращаю на него внимание. Проходя близко от меня молодой человек весело убеждал кого-то в телефонную трубку переезжать в Киев или в Харьков: «Та я тобі кажу. То не зробиться без нас. То треба ще більше наших хлопців зі Львова сюди тягнути. Чи сюди, чи то в Харків…». Мне даже показалось, что говорил этот молодой человек нарочно так громко, чтобы вся эта разбитая Контрактовая площадь, чтобы Самсон и даже лев, с разорванной пастью, точно знали, что «наши хлопці зі Львова» пришли надолго, пришли навсегда. Что Столицей мы больше не будем. Мы навсегда превратились в галицкую провинцию с такой вот центральной площадью. И похоже прав тот молодой человек. Мы, киевляне, не имеем права на то, что не можем защитить. Мы слабее их.