Виталий Аверьянов

Сегодня имел беседу с одним генерал-лейтенантом, моим давним знакомым и, без преувеличения, старшим товарищем и наставником. Он натолкнул меня на мысль, которой я хотел бы поделиться с каналом. Не Бог весть какой секрет, что набор во вновь создаваемые войска беспилотных систем (зазывными плакатами в оные украшены ныне все города и веси) идёт, мягко говоря, не особо выдающимися темпами. Сам этот набор – результат того, что создателям нового рода войск сообщили, что идея выдёргивать к себе лучших операторов из «старых» воюющих родов – опять же, скажем аккуратно, не самая блестящая, и лучше бы делать своё, чем хантить чужое. Но как и из кого «делать своё» – они опять же не знают, и не придумали ничего лучше, чем обратиться за помощью ко внутриполитическому контуру. Через общее высокое начальство, понятное дело. А тот, понятно, для решения этой задачи попытался задействовать все свои штатные инструменты, поэтому теперь этим занимаются губернаторы, их вице по внутренней политике, партия власти, ЦУРы, даже околовластные политтехнологические команды, ну и учебные заведения, конечно же. Однако результат не радует: регионы и без того уже «пропылесосили» вербовкой на контракт на СВО, и сегодня туда идёт достаточно специфический контингент (опять же, выражаясь максимально аккуратно), при прочих своих особенностях наименее пригодный к тому, чтобы стать костяком нового высокотехнологичного рода войск. Так вот. Идея, которую я менее всего ожидал услышать от человека, отдавшего всю жизнь службе в Вооружённых Силах. И тем не менее. А кто, собственно, сказал, что правильно было идти именно тем путём, которым чуть ранее пошли наши дорогие небратья хохлы? Имеется в виду, что беспилотные войска надо было обязательно создавать именно в структуре Минобороны? Ведь были же когда-то созданы с нуля МЧС, Росгвардия, всегда был и есть МВД, есть Погранслужба в структуре ФСБ, есть ФСИН и т.д.; всё это отдельные силовые службы со своими отдельными задачами. Они не часть Минобороны, но они – часть того, что называется «военная организация государства». Очень может быть, говорит он, что и в случае с беспилотными системами нам правильнее было бы создавать не новый род войск в рамках структуры МО, а новую организацию, которая, будучи оформлена как силовая структура, могла бы в то же время выполнять для страны и чисто гражданские задачи – мониторинговые, логистические, в сфере связи и т.д. И при этом не была бы обременена тем гигантским количеством процедурных ограничений, которые ещё с советских времён довлеют над ВС – от системы ГОЗ до, в пределе, ГПВ. Под которую можно было бы с нуля прописать законодательство, адекватное требованиям времени – например, по скорости разработки и принятия на вооружение новых образцов техники и организационных форм её применения. И добил он меня фразой – посмотри на КСИР, как они воюют. А ведь у Ирана и армия есть, никуда не делась. Я глубоко задумался, и вот теперь предлагаю подумать эту мысль вместе со мной. Тут, понятно, много «но», однако и много такого, что делает невозможное для нашей системы ранее – возможным.