О вейпах, матах и отказавших почках Что ж, рейд состоялся. Люди потратили время, силы, составили акты, зафиксировали нарушения. Продавцы, как водится, хлопают ресницами: «а мы не знали». Штрафы прописаны, пара точек прикрыта, материалы ушли по инстанциям. Формально — все по красоте. Но в действительности речь идет, скорее, о ритуале, где важен сам жест, а не результат. Вот, например, у нас периодически требуют запретить мат. Торжественно, с трибун, с пафосом спасителей отечественного языка. И что? А мат тем временем льется из всех стримингов, с экранов, с книжных полок, из наушников подростков, из уст артистов — и это давно уже не «лексика низов», а полноправный язык поколения, легализованный рынком. Дело ведь не в мате. И не в вейпе, честно говоря. Дело в том, что у нас нет государственной политики в области смыслов. Нет целеполагания, нет механики, нет языка, на котором можно было бы конкурировать с тем потоком, что льется из динамиков и экранов. А если госполитики нет — решать будет рыночек. А рыночек, как известно, продаст все. Продаст сигареты подростку. Продаст энергетик или бухло в три часа ночи. Продаст мат в прайм-тайм. Продаст даже родную маму, если на нее найдется платежеспособный спрос. Ему все равно — ему важно, чтобы купили. И вот в этой логике наши запретительные меры начинают отдавать откровенным лицемерием. Мы запрещаем одно, но разрешаем другое — не потому, что там больше или меньше вреда, а потому что там другие бюджеты, другие акцизы, да и вообще «уважаемые люди». Мы бьем по ларькам с вейпами — и не трогаем алкогольные отделы, хотя последствия известны лучше всяких исследований. Мы требуем убрать мат с улицы — и тихо смотрим, как он победоносно шествует по федеральным каналам, потому что там рейтинги, а рейтинги — это деньги. ❓Так зачем мы делаем вид, что лечим, если просто перевязываем один порез, оставляя открытой рану артерии? Усилия тех, кто провел рейд, достойны уважения. Они делали свою работу, не поленились, приехали, проверили, наложили резолюции. Но при всем уважении к их труду нельзя не заметить: это минералка при отказавших почках. Эффект — ровно до следующего утра, а иллюзия борьбы опасна тем, что создает у общества обманчивое чувство: проблему решают. А проблема не решается. И не решится, пока мы не сменим оптику. Пока мы не перестанем лукавить сами с собой. Пока мы не признаем: либо мы формируем культурную среду сами — целенаправленно, умно, с образами и смыслами, — либо это сделает за нас рынок. И не надо удивляться его запредельной ублюдочности — такова природа рынка. Задача людей, облеченных властью, — загнать эту тварь в стойло, подчинить интересам государства. Они ведь есть? Или только бабки?..
УВАРОВ ‼️
Пётр Уваров – историк, радиоведущий, злой философ и книжный червь. Смотрю на геополитику, как на долгий, скучный конец света, а на общество — как на экспериментальный театр абсурда. vk.ru/uvarov_petr max.ru/uvarov_petr РКН: № 7139457881
-
-
О серебре, золоте и синтезе К хорошим новостям, коллеги. Новосибирские студенты вернулись из Китая с серебром и золотом международного научного конкурса SynBio Challenges. Там, в лабораторных дебрях, синтезируют соединения с названиями, звучащими как заклинания с планеты Юггот — той самой, о которой писал психопат и безумец Лавкрафт. Химия там — почти метафизика. Великий зов Ктулху, короче. Оцените. Один из проектов новосибирцев был посвящен системе анализа метилирования ДНК с использованием метилзависимых эндонуклеаз рестрикции. Каково? Набор слов, напоминающий пароль от секретной лаборатории в Ракун-Сити. Но по сути — шаг к тому, чтобы улавливать рак на взлете, когда он еще не успел стать приговором. Когда болезнь только шепчет, а не кричит. В эфире мы говорили с блестящим Сергеем Седыхом и его учениками — Владиславой Мартюшовой и Борисом Кондрашовым. Разговор вышел не о протоколах и буквенных цепочках. О другом. Об этике. О попытке заглянуть за кулисы мироздания. О вере. ❓Ученый — обязательно ли это материалист с хирургической холодностью в глазах? Или это всего лишь один из множества возможных ракурсов? Мы говорили о том, как личные истории толкают в науку. Онкология, врывающаяся в тихий семейный мир, рождает не только горечь и гнев — она взращивает странное, дерзкое упрямство. Именно так рассуждала Владислава, однажды посмотрев в ледяные глаза близко проходящей Смерти. Выбрать целью жизни если не победу над раком, то хотя бы возможность диагностировать его на ранней стадии — это красиво, согласитесь. В этом есть что-то горьковское, почти революционное. Никакого смирения. Бунт! Но при этом она не из тех, кто препарирует с бесстрастным лицом. Идя по траве, она нарочно шуршит ногами, чтобы все жучки разбежались — никого не задеть. Трогательный контраст: человек, готовый сражаться с болезнью, но не способный наступить на муравья и поставить укол коту. Борис Кондрашов — будущий биолог. Он то мышей препарирует без проблем, и рука его не дрожит. Мечтает добраться до сути: почему все устроено именно так, а не иначе. В этом, несомненно, есть вызов — вскрывать, чтобы сохранять. Разрушать, чтобы понять. Вышел хороший разговор. О живых, чудаковатых, неудобных людях, которые делают науку не для галочки. А теперь — обидное. Почему такие конкурсы проходят в Китае и США, а не у нас? Башка варит, руки на месте — а системно не складывается. Медали есть, идеи тоже, но в воздухе повисает неловкое: «А кто это будет делать?» Или мемическое «Да, можем. А зачем?» И вот технология, как ручной феникс, перелетает к тем, у кого есть заводы, конвейеры и привычка доводить до продукта. Мы виртуозно открываем дверь, но забываем, что за ней должен быть коридор в цех. Финал, увы, не прописан. Либо мы наконец скрестим пробирку с производством — и тогда это станет настоящим прорывом. Либо останемся с патентом, гордостью и красивым слайдом, пока другие просто засучивают рукава и делают. А наших ребят уже ждут в Шанхае — даже не сомневайтесь. Эфир можно посмотреть в ВК видео: https://vkvideo.ru/video-38320907_456261042
-
💥Русская душа: либо Рай, либо Ад. Третьего не дано Разгорелся у нас сегодня с блистательным Михаилом Шматовым спор о загадке русской души. Существует ли она на самом деле — или же это всего лишь литературный миф, щедро сдобренный фантазией Достоевского? Вопрос не риторический, ибо разгадка этой тайны — ключ к пониманию самих себя, к той точке опоры, которую мы тщетно ищем внутри. Действительно ли мы настолько странны в глазах других? Взгляните на наши отношения с Западом: в них с нашей стороны звучит постоянная нота отверженности, почти обида. Мы боготворим Францию Бальзака, Англию Конан Дойла, Германию Гете — мы любим их, этих «проклятых западников», всей душой, порой даже больше, чем они сами себя. А они нас — нет... Трагедия неразделенной привязанности и ворох гештальтов, которые мы все никак не можем закрыть, потому что признать чужую свободу не любить нас — значит признать собственную уязвимость. 🗯Михаил утверждает: «буржуи» нас никогда не поймут, даже такие умы, как Шпенглер и Тойнби. Что же делает нас иными? Размах ли, широта натуры или щемящая тоска по утраченному раю, который, кажется, нам не суждено обрести по определению? Европе проще: аккуратный муравейник на западном краю Евразии — все пути там давно протоптаны и перестроены, все компактно и уютно. А у нас? Куда ни глянь — простор, необъятный взглядом, и в этом просторе легко затеряться. И сами мы сотканы из противоречий: буйная деятельность соседствует с обломовской апатией, всепрощение — с праведным гневом, безудержное веселье — с беспросветной тоской. Середины нет в русском человеке, словно сама земля под нами не терпит равновесия. Западный бюргер всегда может укрыться в Чистилище — ни рыба, ни мясо, ни холоден, ни горяч, одно слово, румын. Русскому же третьего не дано: либо Рай, либо Ад. Либо грудью на амбразуру, либо — как Смердяков — иглы в мясо собакам. И эта полярность не слабость, а цена подлинности: мы платим ею за невозможность быть «как все». К слову, Достоевский в «Карамазовых» красочно явил всю палитру русской души: тут и иисусоподобный Алеша, и разбитной Митя, и рафинированный западник Иван, и, конечно, омерзительный Смердяков. Писатель оставляет выбор за человеком, а Господь дарует свободу воли. Какой из «Карамазовых» возобладает в нас в итоге — вопрос породы волка, которого мы в себе кормим. И в этом выборе, быть может, и заключается наша главная загадка: не в том, кто мы есть, а в том, кем мы решаем стать. ❓Ждем ваших размышлений в комментариях, друзья. Так вы разгадали секрет русской души или все еще переворачиваете календарь? Подписывайтесь на мой MAX-канал по ссылке ниже: 💬 УВАРОВ‼️⬅️
-
✅Прогнозы на фоне турбулентности Отлично поговорили в эфире с политологом Денисом Борисовым. Говорили, вестимо, о будущем. О нашем с вами будущем. Наш гость, человек, привыкший оперировать матрицами вероятностей, заметил важную деталь: на столах у облеченных властью лежит не один и даже не два, а с десяток сценариев будущего. Парадокс в том, что финальный выбор может быть неизвестен даже тем, кто нажимает кнопки. Так что не верьте вангующим оракулам и кумским сивиллам — все врут. Главный вопрос, разумеется, о войне. И здесь мы пришли к парадоксальному, но честному выводу: никто не знает, когда это закончится. Абсолютно никто. А потому единственная рациональная стратегия — опереться на принцип Виктора Франкла: не ждать, когда стихия утихнет, а адаптироваться к ее ритму прямо сейчас. Иллюзии — роскошь, которую мы не можем себе позволить. 👉Адаптация — это не абстракция. Это дефицит бензина, атаки на НПЗ, усложняющаяся логистика складов и маршрутов снабжения. На данный момент, по мнению Дениса Алексеевича, противостояние перешло в классическую фазу войны на истощение. Ни одна из сторон не намерена отступать, и каждая с хирургической одержимостью ищет новые болевые точки в инфраструктуре противника. Стратегическим острием, судя по динамике, с нашей стороны избран Киев и прилегающие территории (и это правильное, хоть и задержавшееся почти на пять лет решение). Атаки на столицу бывшей УССР приобрели характер неотвратимой регулярности. Очевидно, что ответные укусы будут следовать незамедлительно и с нарастающей жестокостью. Верить в то, что противник внезапно попросит мира, — удел наивных. Та пропагандистская машина, что работает там, способна перемолоть любые факты; она напоминает гитлеровско-геббельсовский аппарат, который, как ни цинично это звучит, держал в тонусе нацию до самого финала на развалинах Рейхстага. И сегодня немцы с ностальгической грустью вспоминают те времена — настолько глубоким был вектор внушения. Короче, сопротивление будет тотальным. Для нашего тыла это означает лишь одно: эскалацию ударов по объектам жизнеобеспечения. НПЗ, складские терминалы, а в перспективе, если события пойдут по самому мрачному сценарию, — энергетические узлы. Остается надеяться, что до гидроэлектростанций в мегаполисах дело не дойдет: подрыв плотины в разгар зимы — это не военная операция, а гуманитарная катастрофа, последствия которой не отыграть назад. Цель предельно прагматична и проста: белый флаг над Крещатиком. И чем быстрее это произойдет, тем меньше крови впитает земля. Подписывайтесь на мой MAX-канал по ссылке ниже: 💬 УВАРОВ‼️⬅️
-
❗О феноменологии скотизма Итак, нам явлен хрестоматийный артефакт. На видео — не просто бытовая агрессия и не рядовое хулиганство. Перед нами ритуальное действо, жест, который мы, с вашего позволения, обозначим термином «скотизм». Употребляю это слово без пафосной инвективы, сугубо как констатацию когнитивно-морального статуса. Это диагноз, а не оскорбление. Скотизм в чистом виде — это торжество обратной эволюции. Это когда обозначение «сапиенс» дано человеку авансом, а он эту авансовую квитанцию дискредитирует действиями, достойными пещерного предка. Проявления сей деградационной модели повсеместны: грохочущий бас за стеной в час ночи — скотизм; бычок, тлеющий на пороге электрички, — скотизм; бесконечный мат, лишенный смысла и интонации, — безусловно, он же. Но донья творения — истеричный, орущий самец. Ибо мужчина, как известно, должен быть спокоен, величав и несуетлив, подобно слону на водопое. Любой же псевдомачизм, выпяченный в сторону заведомо слабого, — это не сила, а та самая скотодрожь. 🤫О катализаторах скотизма. Этанол и прочие психоактивные стимуляторы разогревают скотизм до крещендо. И здесь возникает закономерный ребус: если бухло у нас сверхдоступно, значит ли это, что мы планомерно растим нацию дебилов? Судя по косвенным признакам, да. Ибо для великой страны требуется ясный ум, а для страны, которую хотят превратить в филиал скотного двора, — лишь рефлекторная гортанная тяга к синьке. Будем откровенны: запустить банкой в продавщицу — это не просто плевок в конкретного гомо сапиенса. Это плевок в саму идею Разума. Там, где язык и речь замещаются алюминиевым цилиндром, природа совершает кульбит. Это нарушение священных механизмов естественного отбора, которые когда-то вывели нас в люди. Но, ради бога, не ждите от меня сентиментальных призывов к розовым соплям и толстовскому всепрощению. Я не против жестких мер. Иногда, чтобы привести «человечка» в чувство, действительно необходимо закатить ему в жбан. Можно даже жбаном в жбан... Но, согласитесь, это, действительно, другое. 👉Резюмирую. Скотам — место в свинарнике, но никак не в обществе приличных людей. Однако давайте не будем лицемерами: главная наша задача — вовремя отлавливать свинью в потемках собственной души. Выкорчевывать хамство, рвачество, синдром Данинга — Крюгера и прочие атавизмы. Беспощадно. Навсегда. Чтобы, не дай бог, банка с энергетиком не оказалась единственным аргументом в диалоге с миром. Подписывайтесь на мой MAX-канал по ссылке ниже: 💬 УВАРОВ‼️⬅️
-
Суровые годы приходят — Они будут тоже трудны!.. ВЦИОМ, кто бы что ни говорил, не устает радовать нас порцией здорового социологического реализма. На этот раз они выяснили то, что мы и так подозревали, но боялись сформулировать: народ пребывает в удивительно ясном уме и трезвой памяти! А именно — не ждет от будущего ничего хорошего. ▪️Итак, июльский индекс социальных ожиданий уверенно нырнул на глубину –65 пунктов. Расшифровывается это просто: две трети опрошенных (если быть точным — 66%) убеждены, что самые суровые времена не остались в прошлом и даже не длятся прямо сейчас, а терпеливо ждут нас за поворотом. В последний раз подобную единодушную мрачность фиксировали в ноябре 2021-го, когда страна с замиранием сердца предъявляла QR-коды вместо лиц, а будущее казалось таким же зыбким, как утренний туман над Москвой-рекой. Ну, ковид, помните… Кто бы мог подумать, что ковид — это всего лишь легкая предапокалиптическая разминка. Забавная штука — эти индексы. Они подсчитываются как количественная разница между теми, кто машет рукой ушедшим трудностям, и всеми остальными, кто либо топчется в текущем болоте, либо смотрит вдаль с тоскливым предчувствием. И вот результат: оптимистов — раз-два и обчелся, пессимистов — вагон и маленькая тележка. Нулевая отметка, где позитив балансирует с негативом, осталась где-то далеко позади, словно берег, уплывающий из виду. Но не будем полагаться на сухие цифры и опросы, проведенные людьми в строгих костюмах. Лучше проведем собственное небольшое изыскание — более камерное, более честное и без дурацких пунктов. Представьте, что вы смотрите в хрустальный шар (или, на худой конец, в мутное оконное стекло) и задаете себе простой вопрос: ну что там дальше? 👍 «Жить станет лучше, жить станет веселей!» — палец вверх. 👎 «Все суета сует, тлен и тщета мира. Мир клонится к упадку» — палец вниз. Стакан наполовину полон или наполовину пуст? Бог весть. В конце концов, как говаривал один остроумный философ, имени которого никто не помнит, единственное, в чем мы можем быть абсолютно уверены, — это в собственной неуверенности. А потому давайте оценивать перспективы без излишнего пафоса, но и без уныния. С легкой иронией, с долей скепсиса и с пониманием того, что колесо фортуны, как ни крути, все равно продолжает вертеться. Крутите барабан, господа-товарищи, как говорил один усатый мужчина! 🌓🌓🌓🌓🌓🌓
-
Позор, который мы заслужили Вакханалия, развернувшаяся вокруг гастролей американского негра (представителя негроидной расы (Толковый словарь русского языка), — прим. авт.) в Петербурге — бывшем Ленинграде — вышла на новый виток безумия. Комментировать приезд рэпера (рэп — рифмованный мат, — прим. авт.) взялись на самых высоких этажах власти. Что красноречиво свидетельствует о бледной стратегически-тактической немощи и глубочайшей дисфункции интеллектуально-когнитивного аппарата общества, включая его актуальные верхи. Где же мы, страна Достоевского и Толстого, так согрешили, что визит Канье Уэста (также известного как Йе) становится главной повесткой, топ-новостью и питательной средой для бесконечных рефлексий? О чем, если отбросить эмоции, говорит этот феномен? Попробуем расставить вехи. ▪️Во-первых, это откровенный, безэкивоковый и не терпящий иронии позор. Вся эта лихорадка обнажает простую, но горькую истину: перешагнув рубеж 90-х, мы так и не вырвались из плена вторичности и эпигонства по отношению к Западу. ❗Мы не вошли в его сад — мы подключились к его канализации, приняв за его культуру то, что является его дерьмом. ▪️Во-вторых, состояние общества — а мы знаем, что на концерте яблоку негде упасть — фиксирует фазу прогрессирующей деградации. Это, безусловно, печально. Но если взглянуть по существу, то ведь перед нами блестяще выполненный педагогический заказ: воспитать квалифицированного потребителя (а не творца — помните?), способного с энтузиазмом поглощать шум вместо смысла. Задача решена, и, похоже, окончательно. ▪️В-третьих, контекст СВО. Я уже писал об абсурдистской мультивселенной, где гибель белгородцев и брянцев диким образом соседствует в информационном поле с экологическими фестивалями и парадами китайских роботов. Сегодня мы наблюдаем апофеоз этого когнитивного диссонанса: в Петербург приезжает представитель страны, чье оружие и разведданные убивают наших солдат и мирных жителей. Кащенко, ау! ❗К слову, насколько мне известно, упомянутый афроамериканец питает нездоровый интерес к Гитлеру (!!!). Что придает его выступлению в Ленинграде — городе, пережившем блокаду, — особенно пикантную ноту. В целом движемся бодро, целеустремленно. Только вот, если вдуматься, черт знает куда.