еврейка у микрофона

Читаю «Сказки, незнакомые с детства» Антона Нелихова — книга скоро выйдет из печати. О ней расскажу отдельно, а пока — о способах повышения рождаемости, которые предлагает русский фольклор. Меня всегда смущали истории про рукотворных детей. Уже сама идея слепить себе внучку из снега казалась, мягко говоря, странной. Но тогда я еще не знала, что в русских сказках младенцев делали буквально из говна и палок. Бездетные старики могли обзавестись ребенком из полена, глины, теста или льна. Чтобы получить внучку или внука, достаточно было засунуть в печь репку, ветку или гриб-волнушку. Из липового чурбана выходил Липунюшка, из соснового — Иван Соснович, а из полена с сучком — логично, Сучок. Чтобы полено стало ребенком, его полагалось положить в колыбель и качать, пока не появятся руки, ноги и лицо. На подобную трансформацию уходило от десяти дней до трех лет, но для нетерпеливых существовал экспресс-метод: можно было отрубить старухе палец и получить Мальчика-с-пальчика. Впрочем, были способы и поэкзотичнее. В одной сказке бездетная пара решает попердеть в ступу — авось хоть какой-нибудь Пердунок выйдет. Вот прямо так, да. Пенсионеры долго стараются и действительно производят на свет мальчика, который впоследствии испражняется на чужие сковородки. В других вариантах старики стучатся задами об доску, пытаясь выколотить ребенка, или складывают в кадушку мусор, грязь, помои и мочу, выдерживают все на печке — и получают Бисдунка. Иногда происхождение героя объясняется без иносказаний: «Высрали сибе сынка-бздунка». Нелихов предполагает, что изначально всех этих Пердунков и Бздунков лепили из навоза и экскрементов (что вполне логично для архаичного земледельческого культа плодородия), а то, что дошло до нас — это супер-лайт демо-версия сказок, сильно урезанная и сглаженная.