Журбаза. Инвестиции, бизнес и жизнь. Александр Журба

Почему люди занимаются ерундой Ну, вы знаете этих людей точно. Которые страдают ерундой у вас на глазах. Участвуют в каких-то странных движухах. Кого-то там спасают, волонтерствуют или борются за чьи-то права. Иногда даже с риском для своего благополучия. Борются с другими такими же организациями за противоположные цели. Побеждают в каких-то странных конкурсах без призов, вкладывая туда свои деньги. Собираются в кучки. Пинают болт. Или просто занимаются какими-то странными, а иногда и пугающими хобби и увлечениями. И вы смотрите на них и думаете - ну нафига? Зачем? Что вы творите? Это же дичь или просто смешно, на кой вы туда лезете? Ответ одновременно сложный и простой - эти люди слишком хорошо живут. Да нет, скажете вы, они же обычно нищеброды. В смысле хорошо? Сами без денег, а отдают последнее. Как же тут хорошо? А как же ипотеку выплатить и вообще жить нормально комфортно? Очень просто - ощущение хорошести оно относительное и зависит от опыта и кругозора. Человек посмотревший на окружающую среду во всем ее разнообразии жести, будет заниматься зарабатыванием денег, пока не накопит достаточно. И ему будет некогда заниматься ерундой - есть цель, есть процесс, на хобби время если и есть, то очень мало. Все ресурсы в дело. Большинство же, получив денег на месяц жизни, считает что задача дохода выполнена, вопрос с деньгами закрыт и можно заняться следующим по очереди приоритетом - борьбой за иерархию. Раньше еще занимались поиском секса, но, с распространением порно и разнообразия жизни, он потерял свою исключительную ценность как способ получения удовольствия и статуса. Поэтому, едва насытившись едой и имея арендную крышу над головой, люди начинают заниматься самым веселым хобби - выяснением иерархии. Бороться за иерархию деньгами или реальной властью - сложно, долго и муторно, гораздо проще найти себе нишевое хобби и пытаться там стать топчиком, пускай вас в этом хобби буквально 3 человека в городе. Если при этом хобби - общественное движение, человек сразу получает какую-никакую известность среди таких же ребят и кучу гормонов в придачу. Задача выполнена. Это же относится и к подросткам. Ответ на вопрос "почему моя кровиночка лежит на диване с телефоном сутками и ничего не хочет" такой же простой - кровиночка слишком хорошо живет и не имеет долгосрочного страха за свое выживание. У кровиночки есть где жить, что есть и коробочка с развлечениями. Физиологически все потребности удовлетворены, особь находится в финальной точке жизненного цикла. Если она еще хоть немного шевелится и может занять хоть какое-то место в иерархии не в самом низу по любому признаку (одежда, ранг в играх, привлекательность и т.д.) - делать что-то дальше не имеет никакого смысла с точки зрения удовлетворения, лучше уже не будет гормонально. А понять что от бомжевания на теплотрассе ее отделяет месяц без дохода или смерть родителей - для этого нужен жизненный опыт, которого нет, потому что в соцсетях бомжей и их биографии не показывают, а родители, по ощущениям, будут жить вечно в квартире со всегда полным холодильником. Бороться за свое счастье в реальном мире человек будет в 2 случаях: если он долгосрочно боится за свое выживание (и нужны ресурсы с запасом на все случаи жизни) или если его деятельность долгосрочно и эксклюзивно приносит всегда растущий статус. Для первого, особь должна хлебнуть горя, чтобы, с одной стороны, знала, что под ней еще километры очень некомфортной жизни и лучше туда не попадать, а с другой, что для стабильности ресурсов надо очень и очень много. Для второго - перепробовать типовые низковисящие удовольствия и убедиться, что там нет стабильности долгосрочных эмоций, а для пробы других нужны ресурсы и свободное время. В таком случае человек будет одновременно работать чтобы не попадать в попу жизни, с запасом прочности, а с другой - получать ресурсы и время, чтобы различными способами поддерживать свой статус и хоть как-то по-новому кайфовать. После чего сможет перейти к более утонченным способам - познанию и творчеству, познав дзен и фигнявость всего вообще и пчел в частности.