Архивы – это пыльные полки, содержимое которых редко подлежит изменениям? Новое исследование доказывает: криминальный архив – это неустойчивое пространство, где журналисты-подкастеры перекраивают факты, создавая альтернативную память о преступлениях, которая порой оказывается куда весомее судебных приговоров. В журнале Crime, Media, Culture вышла работа Кэтрин Клиффорд и Лизы Уоллер «True crime podcasts, journalistic authority, and the transforming archive». Авторы проанализировали три австралийских подкаста – «The Alibi» (2015), «The Teacher’s Pet» (2018) и «Trial by Water» (2024) – через призму архивной теории (Деррида, Фуко, Шварц и Кук). Исследователи показывают, что журналисты-ведущие, работая с материалами из «криминального архива» (полицейские отчеты, судебные записи, СМИ, личные письма), но и активно переформатируют их: отбирают, драматизируют, комментируют, дополняют новыми интервью и реконструкциями. Подкасты вводят новые голоса – ранее не публиковавшиеся интервью, личные дневники, любительские записи – и вплетают их в нарратив, который часто идет вразрез с официальной версией. В итоге подкаст сам становится частью архива, формируя общественную память о деле и влияя на реальное правосудие. Исследователи вводят понятие «криминального архива» как динамического, властного поля, где сталкиваются интерпретации. В этом пространстве главная фигура – журналист, который выступает не просто рассказчиком, но еще и судьей и следователем в одном лице. В «The Teacher’s Pet» ведущий Хедли Томас напрямую строит обвинение против Криса Доусона, используя коронерские материалы и голос самой погибшей (ее интервью 1975 года). Подкаст стал настолько весомым, что его временно сняли с эфира, чтобы не повлиять на суд присяжных, – а после обвинительного приговора он вернулся как подтвержденная история. Подкаст, по сути, стал архивом дела Линетт Доусон для миллионов слушателей. Любая «официальная» истина – лишь слой, под которым зияет пустота. Журналист, перетряхивая архив, сталкивается с тем, что даже самые надежные документы могут быть прочитаны по-разному. Авторы приводят пример: в деле Роберта Фаркухарсона (водитель, осужденный за убийство троих сыновей) один и тот же эпизод – остановка в парковке Kmart, где он ждал, пока проснется младший сын, – вызывает у журналиста и у писательницы Хелен Гарнер противоположные реакции, становясь одновременно трогательной сценой и мрачным предзнаменованием. Архив не говорит сам за себя – его озвучивает тот, кто берет в руки микрофон. Исследование Клиффорд и Уоллер заставляет задуматься: если подкаст может переопределить дело десятилетней давности и даже повлиять на закон, то где граница между журналистикой и судебной властью? И не будут ли через двадцать лет подкасты с миллионами прослушиваний (или просмотров в случае с видеоподкастами) иметь больший вес, чем официальные расследования? Если вы еще не слушали «The Teacher’s Pet», самое время. Но делайте это с включенным критическим мышлением – обращайте внимание на то, какие факты ведущий выносит на первый план, а какие оставляет в тени… и помните: архив всегда неполон. #другойжурнал