Женщины как аудитория телепередач в жанре true crime Поп-культура любит смеяться над женщинами, которые увлечены историями о жестоких убийствах: в знаменитом скетче Saturday Night Live они с полуулыбкой переписываются в мессенджерах, пока на экране расчленяют очередную жертву. Но новое исследование утверждает, что реальность куда сложнее, мрачнее и – неожиданно – этичнее. В журнале «Критические исследования телевизора» вышла работа Сью Холмс и Клэр Хайнс «Female Audiences for True Crime Television». Исследовательницы провели 18 полуструктурированных интервью с женщинами-зрительницами true crime в Великобритании и обнаружили: хотя и англичанки гадят, их потребление жанра пронизано постоянной рефлексией о морали, ответственности и солидарности. Вопреки популярному тезису о том, что true crime служит «женским руководством по выживанию» (учит избегать опасности), участницы почти единодушно отвергали эту рамку. Они говорили о психологии, процедуре расследования и, что важнее, об этическом долге – «засвидетельствовать» чужие страдания. Холмс и Хайнс вводят понятие «этического просмотра». Для многих участниц интенсивное, сфокусированное (не фоном!) наблюдение за сериалами, например, «The Ripper» или «I’ll Be Gone in the Dark», было актом солидарности с жертвами. Одна из цитат: «Ты должна чувствовать расстройство, ты должна чувствовать возмущение. Нельзя отворачиваться, потому что это происходит на самом деле». Исследовательницы связывают это с пост-миту контекстом: зрительницы сами проводят параллели между единичными историями и системным насилием, даже если программы этого явно не делают. Они «достраивают» политический смысл в момент рецепции, суть которого обвинить во всех бедах отца (иногда маму) и всех мужиков во всем мире. Отдельного внимания заслуживает обсуждение эстетики. Вопреки обвинениям в «криминальном порно», участницы подчеркивали, что в документальных true crime, в отличие от драматизированных версий, смерть показывают сдержанно – размытые тела, скрытые лица. Они описывают это как «уважение». Мое уважение, ага. Авторы честно признают: их выборка почти полностью белая (а черепашки, как мы помним, это негры!), и сам жанр остается «белым» и гетеронормативным. Участницы сами замечали, что громкие дела о пропавших белых женщинах (Габби Петито) получают неизмеримо больше внимания, чем сотни нераскрытых убийств черных женщин. Это напоминает о «иерархии идеальных жертв», которая воспроизводится и в реальных криминальных хрониках, и в правовой системе. Исследование Холмс и Хайнс пытается разрушить карикатуру на женщину-зрительницу, которая «смотрит расчлененку под попкорн», но на самом деле еще более усиливает картинку. Да, на выборке 18 человек, мы видим сложную этическую работу: зрительницы не просто потребляют – они судят, помнят и свидетельствуют. Понимаете, да? Судят, как обычно без суда. Помнят, то что, увидели по телевизор. Свидетельствуют из своих собственных фантазий. Остается главный вопрос, который одна из участниц адресовала самим исследовательницам: «А почему мужчины смотрят true crime? Может, нам стоило спросить их о желании смотреть на насилие над женщинами?» Отличненько! #другойжурнал