Кто бы мог подумать, но основоположник дадаизма Хуго Балль (на фото) написал важную статью «Политическая теология Карла Шмитта» для престижного католического журнала Hochland в 1924 году. Да-да, тот самый Хуго Балль: кабаре «Вольтер», звуковая поэзия, антиискусство, абсурдные костюмы и эстетический бунт против старого мира. На первый взгляд Балль и Шмитт - это столкновение двух разных вселенных. С одной стороны, дадаизм: взрыв языка, отказ от привычной логики, протест против культуры, которая только что привела Европу к Первой мировой войне. С другой стороны, Карл Шмитт: суверенитет, чрезвычайное положение, государство, политическое как различение друга и врага. Но самое интересное в том, что Балль писал о Шмитте не как о случайном модном авторе. Он оценивал его очень высоко. В начале статьи Балль называл Шмитта одним из немногих немецких учёных, способных выдержать интеллектуальные и профессиональные риски своей эпохи. Более того, он видел в нём тип «нового немецкого учёного». То есть для Балля Шмитт был не просто юристом, а фигурой, в которой проявлялся нерв времени. Балль и Шмитт по-разному реагировали на один и тот же исторический опыт: распад старого европейского порядка, кризис либеральной рациональности, ощущение, что прежние слова «прогресс», «культура», «разум» больше не объясняют происходящее. Один отвечал на это разрушением художественной формы. Другой - жесткой политико-правовой теорией. Балль и Шмитт встречались несколько раз: сначала в Мюнхене в марте или мае 1919 года, где, по воспоминанию Шмитта, обсуждали Леона Блуа. Затем с 11 августа по 9 сентября 1924 года в Соренго, где жил Балль. Там они обсуждали тексты и издательские планы. Есть и прямое позднее свидетельство самого Шмитта: в аудиозаписи 1981 года он вспоминал Балля как одного из самых значительных людей, которых встречал. Но отношения испортились после резкой рецензии Вальдемара Гуриана, друга Шмитта, на книгу Балля. Балль воспринял это как предательство со стороны Шмитта, потому что считал, что он был настоящим автором текста. Речь идет о книге Хуго Балля «Die Folgen der Reformation» (1924) - «Последствия Реформации». Это была переработка его более ранней книги «Zur Kritik der deutschen Intelligenz» («К критике немецкой интеллигенции»), уже написанная с позиции его нового католического мировоззрения. Суть критики Гуриана была примерно такая: Балль обвинял немецкую духовную и политическую традицию в том, что катастрофа Германии выросла из Реформации, протестантизма, Лютера. То есть у него получалась большая антинемецкая, антиреформационная и прокатолическая полемика. Более ранняя версия книги критиковала немецкую культуру, философию, милитаризм и связывала эти черты с протестантской Реформацией. Гуриан считал, что в новой версии Балль убрал слишком много богословской и метафизической основы, но оставил обвинительный пафос. Поэтому, по Гуриану, книга стала непонятной: читатель видит критику Германии, Маркса, Лассаля и немецкого народа, но уже не понимает, из каких принципов эта критика исходит. Главный упрёк был не просто литературный, а моральный. Гуриан писал, что книга выглядит как «собрание негативных фактов»: если немец действительно поверит Баллю, то должен будет увидеть свой народ как «отверженный» и «абсолютно злой». Отсюда упрёк в недостатке чувства ответственности. Самый ядовитый момент: Гуриан допускал, что Балль мог издать эту книгу как своего рода акт христианского смирения, то есть как признание собственной прежней идейной «отсатлости». Но даже в таком случае, считал Гуриан, публикацию нельзя одобрить: чрезмерная атака на Реформацию, по его мнению, могла сработать наоборот - как невольная апология Реформации и удар по католическому делу. #випандеграунд