Дружок, это Южинский кружок

Спустя много лет книжка нашла героя – то есть меня, и я получил от бывшего философа Бычихина распечатку его проекта «Media After Media», с которым он ездил на гастроли в Тулузу в далеком 2021 году. Вот что я тогда, в еще более ранние годы, писал об этом проекте: «Считается, что мы живем в эпоху глянца. Глянец – это не то, что покрывает изображение, это то, что покрывает изображением все остальное, впитывая в себя глубину, цвет, форму, яркость и контраст – заставляя время остановиться в вечном настоящем фотокадра, убегающего кинокадра, карточки инстаграм. Нет больше глянцевой культуры, культуры глянца – есть лишь глянец в форме культуры. Глянценированные рецепты, глянценированные тела женщин, мужчин и животных, глянценированные статьи в научных СМИ – где к словам и предложениям предъявляют те же требования, что и к медиаобразам. Ясность и отчетливость картезианских требований к любым образам превратила в итоге всю культуру в культуру глянца: даже смутное и безнадежное, наивное и маргинальное вынуждено упаковываться в глянец. Глянцевая культура не имеет оборотной стороны, она целиком поверхностна, у нее нет тыла – сплошной фронт, анфас – и нет профиля. Зритель пробует ее перелистать, открыть глубину, но ее нет – на обороте все то же самое. Наивный зритель бежит к экрану, срывает его и видит, что за ним ничего нет. Но кто сегодня видел наивного зрителя? Но что же делать? Как вернуть наивность зрителю и глубину кадру? Никак. Только не давать глянцу захватывать нас своей формой. И вот метод, который предъявляет Денис Бычихин – дезавуировать глянец, взглянуть сквозь него в буквальном смысле! Сделать именно то, чего так хочет глянец, но сам выполнить не может. В новой оптике Дениса Бычихина глянец перестает быть формой репрезентации и становится формой нового коллажного и самодезавуирующегося эстетического опыта – опыта сопротивления глянцу, который он сам же нам податливо предлагает. Глянец не в силах сопротивляться этой технике, и он не восстает из нее, а исчезает, соглашаясь сыграть с нами в причудливых постмодернистских коллажах Бычихина».