улица балабанова

кино по «БЕСАМ» достоевского с превращениями не менее кардинальными, чем у кафки. кажется, об одной душе, а понимается, что обо всех. его просмотр требует труда, но приносит очищение, пусть и через страдание / покажут 23 июня на большом экране в каро октябрь / наша #реакцияорганизма БЕСЫ, 2к14 реж. роман шаляпин цвет: графитно-черный, водянисто-серый, древесно-коричневый, грязно-оливковый, багряного кружка по центру лба, белых голубиных перьев, отражения неба в зрачках, отблеска заката / вкус: вареных улиток, остывшего чая, кожицы с обветренной губы, заусенцев, речной мути, хлопкового каната, лимонной цедры, раскрошившегося приторно сладкого воздушного безе / звук: хруста битого стекла, ударов по массе человеческого тела или кипе тряпья на нем, вспышки загорающейся спички, курлыканья; приглушенных всхлипов потерянного ребенка; далекого колокольчика или набата / запах: раздавленных клопов-вонючек, затхлости и плесени, ржавого металла, сырого воздуха, размокшей земли, мха, черствого хлеба, ванилина и бадьяна / температура: когда хочется во что-нибудь закутаться, когда веревка растерла кожу, когда чувства покидают грудную клетку, а рассудок черепную коробку; теплого дыхания, превращающегося в пар на морозе / настроение: смотреть, подперев голову ладонью, в родное небо из чужого окна; считать по пальцам услышанные за жизнь теплые слова; вытирать вырвавшиеся наружу излишки алкоголя с губ близкого человека; беззвучно шептать молитвы; свернуться в комочек от страха и ощутить как незримая рука ласково проводит по голове; насмерть биться с тем, что внутри / место: в заброшке, на чердаке, на калиновом мосту, под рукавом, у виска, в россыпи чисел и веренице знаков, по ту сторону прощения; возле светила, но без света; падая с края кровати, где лежал на боку, когда к тебе тянет лапы серый волк; в бездомье у бездорожья; там где себя потерял, и где тебя не найти; на паперти / на ощупь: как заноза, лопнувшая мозоль, босиком по осколкам и лесной тропе, как пыльца от одуванчиков под подбородком, как удар под дых и дуновение ветерка у щеки, как не заживающая, а загнивающая рана, как превратившийся обратно в гусеницу мотылек; как чужая душа, стремящаяся сбежать из зажатого кулака по кончикам пальцев / 🔦 таня е.