ЛЮБОВЬ ЛЮДЕЙ. редакция 2к26 loc. невидимый театр ребята, а вы не боитесь, что когда станете совсем взрослыми, злость и обиды станут такими сильными, что вы разучитесь любить? я боюсь / как-будто между нежностью и звериной ненавистью есть неведомая чёрная дыра, всасывающая в себя всё живое. и вот любовь — уже не вечный огонь, а источник временного зажигания, просто бенгальский огонëк: красивый, быстрый, слепит, но не греет. закончится — бери новый / потому что здесь подземелье и вечная тёмная мерзлота. правда, так ослепнуть можно и теплее не станет. но где этот вечный огонь прикажете искать? может, его и вовсе придумали, миф. а постоянно холодно очень, очень темно. хочется поймать хоть искру, нужно поймать. как холодно / нет шансов выжить в потоке нелюбви, любви такой. если хочешь убежать от этого страха — не получится. сцена: три стены, свет, темнота и теснота. поэтому есть только ты и дикая нелюбовь. и становится громче тишина, чернее тьма, чётче кошмар каждого дома / молчание — язык ненависти и ложной надежды. если замолчать, то голос нелюбимого станет тише. если ещё и глаза закрыть, то можно представить, что проблемы нет. правда теперь ты как-будто в могиле. похоронили себя раньше времени, и что. это норма / как ужасно страшно и горько дышать этим воздухом, в нём совсем не осталось кислорода, только многолетний налёт обид, страхов и злобы. на себя, свою слабость, слабость чужую. как нежность из мягкого цветущего смеха в унисон превращается в заросший плесенью камень, который стоит, мешается, глаз мозолит, но выкинуть не решаешься? вроде дверь подпирает / боль в приданное, вгрызание как способ поцелуя, молчание в качестве просроченной микстуры от прожитой жизни / страшно, что любви как-будто нет. что она выедается . или это общая галлюцинация? не дури, нормально. всё нормально. норма. и вот ты веришь в эту норму / вам всем там внутри до глубокого хриплого крика страшно, что внутри всё рискует порваться. каждому из вас, именно тебе страшно проснуться в злости, в серой ледяной квартире. и я не знаю, что сделать, чтобы в ней не оказаться. мне хочется выдохнуть, а получается только вдохнуть. так не хочется, пожалуйста / здесь нет покажут все этапы появления этой выгребной ямы в каждом из нас. но есть итог: все взошедшие червивые леса, в которых живём мы, наши дети, люди вокруг. когда уже не верим в солнце, раз его не видно, но желаем его. как невозможно глухо, дико, бесчеловечно и невыносимо душно жить в этом подземелье, и из любви делать тайную мечту, в которой и сознаться стыдно / неприкаянные инвалиды, решившие общее горе по нежности скрывать и подавлять в себе до той степени, чтоб перестать мечтать о ней, сделать её нереальной. только сердцу надо настоящее тепло, оно ждёт любви, как немые от холода руки ждут горячей воды / «любовь людей» подбивает тебя постоянно током. и ладно, мы же и в жизни так делаем с собой и близкими, чтоб закалить волю. десять вольт, сорок, двести двадцать. ты и семьсот выдержишь. просто онемеешь, ничего совсем не останется, полная атрофия. а сердце всё равно бьётся / но ему через это онемение, сколько бы ты не пытался не чувствовать, хочется любви, большой с вечно горячими языками пламени, достающими до свободного неба / ты на место сердца будешь примерять сотни вариантов, пока не заметишь, что просто пытаешься заткнуть дыру в центре солнечного сплетения. и будет больно, больно, тихо и холодно / всю данную нам любовь от бога разбрасываем по выгребным ямам. только потом в коллективной ломке скитаемся в поисках пропажи, на обед поедая себя, а на ужин — обручённого с тобой в храме, нарушая каждую клятву, данную свету. вот такая любовь людей. пиздец * теперь «зима-холода» —страшная песня о безнадёжности. нвдм ттр, оставьте русскую попсу в покое, под что радоваться то! 🤍 полина дзюбина 📸 вета сенюк