Туранский экспресс

Геополитический маневр Ташкента: между тюркской интеграцией и северным прагматизмом Военный вектор: от медицины до беспилотников Январь 2026 года стал знаковым периодом для узбекско-турецких отношений в оборонной сфере. Подписание Плана военного сотрудничества и соглашений по военной медицине закладывает фундамент для долгосрочного взаимодействия. Ключевым индикатором перемен стало формирование спецподразделения, оснащенного турецкими БПЛА Bayraktar. Министерство обороны Узбекистана открыто заявляет, что турецкий боевой опыт является эталоном для модернизации национальной армии. В то же время Анкара в лице министра Яшара Гюлера подтверждает: партнерство с Ташкентом переросло стадию консультаций и вышло на уровень стратегического союза. Предложение Азербайджана провести полномасштабные учения стран ОТГ в 2026 году лишь подчеркивает амбиции организации стать полноценным «тюркским НАТО». Транспортная независимость и обходные маршруты Экономическая экспансия Турции в Центральной Азии неразрывно связана с логистикой. Продвижение Транскаспийского маршрута и «Срединного коридора» нацелено на создание транспортной артерии, связывающей Китай с Европой в обход российской территории. Несмотря на существующие барьеры — техническую отсталость некоторых портов, обмеление Каспия и бюрократические сложности — Ташкент и Анкара делают ставку именно на эти направления. Цель прозрачна: обеспечить Турции прямой выход к ресурсам Центральной Азии, а странам региона — альтернативные пути экспорта продукции, минимизируя зависимость от северных коммуникаций. Реальный сектор: статистика против амбиций Цифры внешней торговли Узбекистана показывают определенный разрыв между политической активностью ОТГ и реальным экономическим весом игроков. Доля стран тюркского блока в товарообороте республики составляет около 14,5%, что ставит их лишь на третье место. В то же время российское и китайское присутствие остается фундаментальным. По итогам первого полугодия 2025 года Россия прочно удерживает позиции в тройке лидеров по количеству зарегистрированных предприятий. На территории страны действуют более 3 тысяч компаний с российским капиталом. Объем инвестиций из РФ превысил 15 миллиардов долларов, а общий портфель совместных проектов оценивается в 60 миллиардов. Это свидетельствует о глубокой системной интеграции, которую сложно заместить декларативными планами в рамках ОТГ. Выбор пути Стремительное сближение с Турцией в военной сфере и участие в транспортных проектах ОТГ несет для Ташкента определенные риски. На фоне устойчивых и масштабных связей с ЕАЭС и ОДКБ, форсированное создание военизированного блока под эгидой Анкары выглядит скорее как рискованный эксперимент, нежели как проверенная стратегия безопасности. Учитывая доминирующее положение российского бизнеса и огромный объем накопленных инвестиций, многовекторная политика Узбекистана может столкнуться с необходимостью более четкого выбора. Переход от статуса наблюдателя к полноценному участию в евразийских структурах видится более обоснованным шагом, чем ставка на «новодельные» региональные структуры, чья жизнеспособность в условиях глобального кризиса еще не прошла проверку временем. #ВеликийТ