Ценности.РФ

Начало ⬆️ И на этом фоне возникает совершенно закономерный вопрос к Ватикану. Если Святой Престол действительно претендует на особую миротворческую и посредническую роль, может ли он одновременно считать УГКЦ исключительно церковной структурой, когда ее собственный глава публично объявляет Церковь партнером государства, а украинское государство награждает эту Церковь фактически за вклад в укрепление государственности? И второй вопрос — уже к митрополиту Антонию. Если глава ОВЦС сам считает, что деятельность УГКЦ ставит под сомнение нейтральность Ватикана, то что именно получает РПЦ от продолжающегося диалога со Святым Престолом в нынешнем формате? Для чего сохраняется эта подчеркнуто доверительная линия контактов? Какой результат достигнут? Добился ли кто-нибудь от Ватикана публичного осуждения вмешательства религиозных структур в политическую борьбу? Получены ли реальные гарантии в отношении Украинской православной церкви? Если нет, тогда объяснение о необходимости "продолжать диалог" уже само по себе недостаточно. Российской стороне пора переводить разговор с Ватиканом из сферы красивой церковной дипломатии в сферу конкретных вопросов и конкретных ответов. Не отказываться от контактов — наоборот. Но требовать ясности. Требовать одинаковых стандартов для всех Церквей. Требовать объяснения позиции Святого Престола по УГКЦ и ее прямому политическому партнерству с украинским государством. И, наконец, публично объяснить российскому обществу, что Москва и Русская церковь получают взамен за многолетнюю политику открытых дверей для ватиканской дипломатии. Потому что диалог имеет смысл только тогда, когда работает в обе стороны.