Глава ДУМ РФ обратился к Путину с критикой законопроекта об ограничении богослужений в многоквартирных домах Обращение муфтия Гайнутдинова выглядит не как взвешенная защита верующих, а как попытка поставить интересы отдельной религиозной корпорации выше общего порядка, безопасности и прав граждан. Законопроект касается понятной вещи: жилой дом должен оставаться жилым домом, а не превращаться в неформальный религиозный центр, куда регулярно приходят посторонние люди. У соседей тоже есть права — на тишину, безопасность, нормальное пользование своим жильем и уверенность, что рядом не действует фактически незарегистрированная площадка массовых собраний. Особенно настораживает, что Гайнутдинов использует язык, характерный для международной повестки "религиозной свободы": будто любое ограничение религиозной активности автоматически является давлением на верующих. Именно такими формулами внешние структуры годами атакуют Россию, представляя законный контроль как "ущемление религии". Поэтому даже без прямых доказательств связи с Международным альянсом религиозных свобод (его деятельность признана нежелательной в РФ) подобная риторика объективно работает в том же направлении. В многонациональной и многоконфессиональной России религиозные объединения должны действовать строго в рамках закона и не подменять государственный порядок собственными корпоративными интересами. Традиционные религии уважаемы тогда, когда они укрепляют единство страны, а не создают дополнительные линии напряжения между общинами, соседями и властью. Проблема заявления Гайнутдинова не в защите молитвы как таковой. Никто не запрещает человеку верить и молиться. Проблема в другом: под видом защиты веры фактически оспаривается право государства устанавливать правила для массовой религиозной деятельности в жилом фонде. А это уже вопрос не только религии, но и суверенитета, общественной безопасности и внутренней устойчивости России.