Как и любому другому возвращению, новому сезону Клиники приходится сочетать стиль юмора, сделавший его популярным, с современными нормами. Терять тональность, которую ждут зрители, нельзя, но многие старые шутки - про внешность женщин, копирование Джей Ди манеры и лексикона Тёрка - уже не подходят для сегодняшнего дня или неправдоподобны для героев за пятьдесят. Сценаристы решают эту проблему в лоб. Пытаясь сохранить «братский» юмор, они то и дело оговариваются: «Теперь так уже нельзя говорить». Тодд, например, просит «дай пять с согласия» и ходит на курсы поведения. Шутки звучат, но кто-то тут же встревает с комментарием. Фанатов оригинала это, возможно, порадует - они услышат знакомый тон, но сериал тут же подстелил соломку. Срабатывает это, правда, не всегда. Ванесса Байер присоединяется к касту в роли Сибби - психотерапевта при больнице. Она выдаёт несколько действительно смешных реплик, но в основном выполняет ту самую морализаторскую функцию. Сибби появляется в кадре, чтобы напомнить героям: «поумерьте пыл», или чтобы осовременить тональность разговора. Джей Ди называет её «полицией чувств». К четвёртой серии у Сибби намечается намёк на глубину - когда речь заходит о её лудомании, - но в основном она по-прежнему нужна как рамка для шуток о разрыве поколений. В оригинале такие персонажи, как вечно нервный юрист Тед (Сэм Ллойд) или доктор Келсо (Кен Дженкинс), может, и пытались осадить главных героев, но сами участвовали в этом бедламе. Сибби же редко включается в абсурд, и её нравоучения скорее тормозят действие. Многие сцены звучали бы лучше, будь юмору в стиле Джей Ди и Тёрка позволено дышать без оговорок. Особенно это касается тирад доктора Кокса - они всегда были осознанной фишкой сериала и не нуждались в оправданиях. Но, пожалуй, самое впечатляющее - это то, что возрождённая Клиника сохраняет неповторимый стиль оригинала. Сюрреалистичные вставки, музыкальные номера, культовые сны Джей Ди - всё это на месте и сбалансировано душевными человеческими драмами. Пациенты по-прежнему прописаны как живые люди, а сентиментальный закадровый голос Джей Ди возвращает те самые "дневниковые" размышления, на которых держался сериал. Особенно точно это выражено в его фразе "мы делаем всё, что можем за одну смену". Отсылки к прошлому одновременно нежные и ненавязчивые - скажем, крыло имени Роберта Келсо тихо существует где-то на заднем плане. Помимо ностальгии, сериал комментирует современные реалии здравоохранения. Сюжеты отражают сегодняшние проблемы: пациенты экономят на дорогих лекарствах, борьба со страховками, бешеные нагрузки. Тёрк плачет от стресса уже в первой серии. Даже доктор Кокс выдает проникновенный и открытый монолог «Новичку». В лучших традициях Клиники команда продолжает балансировать на грани этики, чтобы отстоять пациентов. То, что Джей Ди пропускает собственный праздничный ужин, чтобы кто-то получил жизненно важное лекарство - именно та личная жертва, которой мы от Клиники и ждём. Отодвинув оригинальный состав на второй план, 9-й сезон потерял ту самую химию, которая делала сериал особенным. Новый сезон это исправляет, возвращая Джей Ди, Тёрка, Эллиот и Карлу в центр внимания. Они наставляют новое поколение, но не теряют друг друга из виду. Их наставничество отражает их собственные первые шаги и закрепляет главную мысль шоу: никто не добивается успеха в одиночку. Эта идея выходит за пределы коридоров «Святого Сердца». Возрождение удалось именно потому, что вся команда вернулась вместе. Привычный ритм, тепло и дружеское общение актёров создают фундамент, на котором новые персонажи возникают естественно, а не с боем пробивают себе место. Билл Лоуренс не пытается изобрести велосипед в новом сезоне. Вместо этого он делает ставку на то, что сделало Клинику бессмертной - абсурд, сердце и дружбу, которые продолжают жить.