ФАКТЫ НА СТОЛ

Капитализм, как минимум пришёл в застой… Лучше понимаешь знаменитую фразу Дэн Сяопина, которую наши пропагандисты от капитализма стараются не замечать: «Социализм – это рынок». Примерно, как сейчас китайские компании соревнуются в жесточайшей конкуренции друг с другом на тех же рынках электромобилей и солнечных панелей – вплоть до т.н. «инволюции», когда большинство фирм в этой конкуренции уходят в минус, в попытке обыграть конкурентов за счёт снижения цен. «Капитализм – это монополии и олигополии, социализм – это рынок» (пока многим сложно это осознать) Для капитализма важна прибыль, для социализма - выпуск. Еще на эту тему от «Толкователя» Не раз писал, что капитализм в своём пределе всегда стремится к монополиям и олигополиям, и всегда играет за ограничение рыночной конкуренции. Это и логично, так как капитал – от которого и произошло понятие «капитализм» - бывает максимальным в отсутствие конкуренции. Этой теме, точнее всё большему исчезновению рынка, посвящена книга французского экономиста Тома Филиппона «Великий поворот. Как Америка отказалась от свободных рынков». Из названия понятно, что Филиппон в основном описывает американскую экономику. (Тома Филиппон – был старшим экономическим советником министра финансов Франции, позднее – советник ФРС банка Нью-Йорка) Филиппон показывает, что в 1970-80-е правительство США активно занималось демонополизацией – авиакомпаний, связи и т.п. – но в 1990-х процесс остановился, а с 2000-х пошёл вспять. Сделал фото из книги – сравнение, сколько стоит широкополосный интернет в США и ряде других развитых стран. Американские экономисты часто критикуют Европу за «ретроградность», экономическую неповоротливость, но на поверку оказывается, что рыночная конкуренция по большинству позиций в Европе гораздо сильнее, чем в США. И это в том числе отражается на ценах – например, на стоимости авиабилетов европейских бюджетных авиакомпаний. То же касается связи: «Американские потребители получили бы выигрыш в 65 млрд долларов в год, если бы цены на мобильные услуги в США соответствовали немецким», - приводит пример Филиппон. Но, как я уже упоминал, монополии и олигополии гораздо прибыльнее, чем компании, живущие в рыночной конкуренции. Филиппон пишет: «В 2017 году авиакомпании Северной Америки получили прибыль в размере 22,40 доллара на одного пассажира, а в Европе в три раза меньше – 7,84 доллара». Филиппон приводит ещё один простой пример, почему конкуренция невыгодна компаниям, в данном случае – публичным: «Конкуренция также сокращает неравенство, потому что конкуренция увеличивает заработную плату и уменьшает показатели рентабельности. В результате в конкурентной экономике доходы собственников компаний (дивиденды, обратный выкуп акций) невелики по отношению к трудовому доходу. Поскольку финансовый капитал (владение ценными бумагами, в основном акциями и облигациями), как правило, распределяется более неравномерно, чем человеческий капитал (ваш труд и ваше образование), из этого следует, что в более конкурентной экономике также, вероятно, будет меньше неравенства». Филиппон прогнозирует, что капитализм как минимум пришёл в застой, и подстегнуть прибыли в нём могут дальнейшие монополизация-олигополизация и рост неравенства. (кстати, по России мы это тоже видим – как на рынке соцсетей происходит сейчас монополизация-олигополизация в пользу одной компании) Факты на стол