Никита Третьяков

Знаете, дорогие друзья, что я вам скажу? Как хотел бы я описать сегодняшнее состояние? Мне прислали ссылку на пронзительный, пропитанный болью и мукой пост мобилизованного, описывающего, как он готов был бы (думаю, с ним согласится каждый живой мобик) в мгновение ока обменять все полученные за эти годы деньги на хотя бы долю упущенной жизни, не прожитые с любимыми моменты, на то время, которое уже не вернуть. Я не знаю этого человека, но я очень бы хотел вам показать то, что он пишет. И как он пишет. Но я не могу. Почему? Потому что этот измученный человек, позволивший себе вести анонимный телеграм-канал, боится, что из-за большого количества подписчиков (более 200 человек!) его тексты могут попасться на глаза командованию, и его отправят на задачу, не предполагающую возвращение. Как же я всё это ненавижу! Ненавижу, что такие задачи существуют. Ненавижу, что такой страх существует. Ненавижу, что он может быть обоснован. Ненавижу, что жизнь стала стоить дешевле бумаги, на которой будет напечатан отчет о смерти. Ненавижу, что ничего не могу изменить.