Продуктовый магаз как часть районного мифа Последние годы продуктовые сети активно флиртуют с поп-культурой. «Ужин колдуна» в Пятерке, Бульвар Депо в Перике, мерч по мотивам «Брата» в Дикси. Пять лет назад магазины еды не пытались дружить с кем-то, кроме пенсионеров. Теперь эти пространства превращаются в площадки культурного диалога похлеще ГЭС-2. Обычно, правда, получается кринж. Но у Славы Мэрлоу и Сир Сойлока вышло иначе. Внезапно Дикси дал челам свободу реализовать довольно странные и глубокие идеи. Ведь если вдуматься, твой местный продуктовый — такая же точка районного притяжения, как любимый сквер, скамейка, трамвай. Легитимная часть районного мифотопоса, который всегда питал рэп. Рэпперы говорят о ментовках, заводах и трэп-хатах, почему не рассказать о продуктовой точке? Так что когда Сир Сойлок (креативный продюсер видео) читает: «Когда всё получится, я останусь собой. Я так же буду ходить в Дикси и светить на район» — это, конечно, вызывает улыбку, но добрую и понимающую. Это не панк-обед, придуманный циничным маркетологом, а что-то, как мне кажется, большее. Потому что эстетика Дикси органично вписана во вселенную музыкантов. Магазин в клипе представлен как пространство свободы, игры и безопасности. В мире, где даже базовые потребности оказались под вопросом, стабильная точка дропа еды может стать символом покоя и надежды. Когда ты выползаешь из панельки в недрах заметенного снегом района и идешь на этот оранжевый свет, как на маяк, напоминающий, что мир по-прежнему существует. Через эстетику фотобанков, белый фон, стоковые композиции и киберкор ребята передали чувство спокойного оптимизма, который пробивается сквозь тьму. Магнит или Дикси также вездесущи, как Озон и ВБ. Это мета-бренды, чья архитектура и дизайн влияют на облик нашего мира, на коммуникацию, быт. И когда продуктовая сеть шагает навстречу авангардной эстетике — это ощущается социальным просветом, будто к ржавой забычкованной остановке бесшумно подплыл новенький электробус. Так что ребята сделали истинно социальную рекламу. Про мир, где по-прежнему есть район, улица, и продуктовая точка на ней. Мир, в котором остается точка опоры.