А вот обращение к русскому народу автора нашей еженедельной православной колонки Юрия Пыльцына. То, что к 2026 году День народного единства превратился в день инородного единства плова и тандыра, сегодня не скажет только ленивый. Но что мы действительно празднуем? Что такое 4 ноября? Это праздник воинствующего Православия. Православия, не признающего компромиссов ни с ересью, ни с иноземным порабощением. «Будь ты проклят от моего смирения» – вот ответ Церкви в лице патриарха на попытки втянуть ее в антинациональные авантюры. Это праздник торжества монархического сознания. Ополчение шло не просто возвести царя, но царя «природного», законного. Романовы, во многом, были призваны именно из-за того, что были свойственниками прежней династии (бабушка Михаила Федоровича была первой супругой Царя Иоанна IV). Царь должен быть над Россией. Царь – православный. Царь – самодержавный. Вот общий клич честных русских людей того времени. Это праздник русской самоорганизации. В условиях крушения и светской, и церковной вертикали власти, на авансцену истории вышли горизонтальные связи: земства, приходы, монастырские корпорации. Не все шло гладко. До успеха Второго ополчения была и неудачная попытка восстания в Москве (где был ранен князь Дмитрий Пожарский) и развал первого ополчения. Но наши предки не опускали руки, учились на своих и чужих ошибках. Земский староста Минин положил почин второму ополчению, создал его материальную базу, но без борьбы уступил первенство князю Пожарскому, когда обстоятельства требовали от лидера воинских качеств. Купцы Строгановы не стали объявлять «парад суверенитетов» и основывать где-то на Урале свое отдельное княжество, а щедро жертвовали на спасение всей России. Князь Пожарский, подойдя к Москве, признал первенство князя Трубецкого, который возглавлял остатки первого ополчения. Потому что такова была местническая традиция того времени. А Трубецкой не стал сосредотачивать в своих руках абсолютную власть, советуясь с Пожарским и Мининым. Такое соработничество во имя общей цели дало свои плоды. Это праздник русского покаяния. Каялись в Смутное время не раз. И после свержения Лжедмитрия I, и после свержения Шуйского. Но в 1612 году у большинства народа наконец-то наступило осознание: «Хватит». Хватит менять претендентов на Престол, как перчатки. Хватит целовать крест, тому, кто больше пообещает. Хватит среди пожаров, смертей и голода искать только свою выгоду. И уже дворяне, раньше переходившие то к одному, то к другому, целуют крест малоизвестному юноше Михаилу Романову. И не предают. Почти никто не пошел к Заруцкому под знамя Ивана Воренка. Не сразу, но страсти утихли, и борьба претендентов на престол уступила место сосредоточенной работе на пользу страны. Это праздник русского воскресения. Нашим предкам удалось практически невозможное. Остановить и повернуть тяжелое и кровавое колесо истории, не дать ему раздавить Россию. По всем прогнозам, не должно было быть государства. Северо-Запад под шведами. Центр России – польский. Юг – грабят татарские шайки. Уже даже англичане приценивались к русскому северу. В Сибири – нападения местных племен на ослабевшие гарнизоны (подкреплений-то из центра России нет). Но из последних сил, путем неимоверного напряжения и даже тяжелых компромиссов России удается сначала объединиться, а потом и сохраниться. И не просто сохраниться. Бывало, государства сохранялись после междоусобиц и вторжений. В исторических трудах потом писали: «После этого страна уже не оправилась». Не то было у нас. Уже при Михаиле Федоровиче страна не только отстраивается, но и делает шаг к Тихому океану. Никогда ни до ни после Россия так стремительно не прирастала землями. А меньше, чем через 50 лет после того, как поляки сидели в Кремле, население Киева присягнуло русскому царю (1654), а в Вильно вошли русские войска (1655). А через 100 лет была повержена и Швеция, другой наш противник эпохи Смуты. Поляков победили, шведов победили и с фестивалями плова справимся. С праздником, наследники Гермогена, Минина, Пожарского, Трубецкого!