Чулпан Хаматова уехала из России. Живёт в Латвии. И переживает, что её не признали иноагентом. Стыдно, говорит, перед друзьями. «Может, у меня есть поклонники? Я не знаю о них, но, может быть, они есть. Даже стыдно друзьям в глаза смотреть», — недоумевая, делает свои предположения актриса. Этот статус, по моему мнению, — клеймо в стране, в которой ты родился и работаешь. А за границей, получается, как пропуск в тусовку. Только тусовка очень странная. Помню, как Пугачёва тоже просила Минюст признать её иностранным агентом вслед за мужем — иноагентом Галкиным. Попросила публично, демонстративно. — Одна просит клеймо — ей не дают; — Другая клейма не получила — и ей стыдно из-за этого перед друзьями. Обе не в реестре. Но обе мечтают туда попасть. Одна — чтобы доказать «своим», что она «достаточно своя». Другая — чтобы просто быть рядом с мужем в одном списке. Что за больные люди? Такое клеймо было всегда позором, от него открещивались, судились, доказывали, что «не верблюд». Теперь это флаг, который просят выдать на руки. А если не выдали — обида, стыд, ощущение неполноценности за пределами страны. Это какая-то секта? Со своим уставом, своими ритуалами посвящения и своей иерархией? Сидите, Чулпан, в Латвии. Смотрите друзьям в глаза. Может, простят, что пока ещё не иностранный агент. ТОВАРИЩ СОРЯН